***
Тем временем пиратский корабль уже приземлился на поверхности Шили, и командир его уже спешил в подземелье столицы, чтобы узнать как дела у его товарища, поставленного на охрану заложников. И как оказалось, подоспел он очень вовремя, у наземного входа его ждали двое джедаев, а вместе с ними и ордер на арест за незаконное лишение свободы и посягательство на чужую собственность. Но об этом ничего не знали томившиеся в холодных камерах тогруты. Особенно волновались те, чьи дети остались на поверхности и их судьба была неизвестной.
— Как же там мой сынишка, он же никогда не покидал деревню! Что же с ним будет? — причитала довольно молодая и красивая тогрута со светло-оранжевой кожей и бело-синими лекку. Её большие зеленые глаза поминутно заливали слезы.
— Успокпйся, Селина — попыталась утешить её другая тогрута, постарше и более спокойная — Он там не один, другие дети помогут ему.
Она сама верила в свои мысли, не зная ещё, что же произошло на самом деле.
====== Глава 16. Они ещё живы! ======
Как только грохот немного стих, Баррис решилась приблизиться к обломкам. Из них не раздавалось ни единого звука, камни лежали мертвой тяжестью, лишь только серая пыль взвивалась над ними. Выжить, придавленным ими было почти невозможно, нет, даже скорее просто невозможно, без почти. Баррис это понимала, но отчего-то не верила в происходящее, возможно потому, что впервые за всю жизнь в Ордене, она воочию видела смерть товарища, пускай нелюбимого и не слишком хорошего для неё, а может и потому, что к своим тринадцати годам научилась хорошо ощущать в Силе жизнь живых существ. Да ещё и тогрутские дети, испуганно жавшиеся к ней, дергали Оффи за платье и поминутно кричали:
— Они ещё живы! Давайте посмотрим!
Баррис и сама хотела, чтобы это было так, но тяжесть камней и большое их нагромождение медленно, но верно сводило эту надежду на нет. А ведь ещё предстояло сказать Магистру Пло, что его ученица, которую он любил как дочь, скорее всего, погибла. Велев детям, оставаться на расстоянии нескольких метров, Баррис решила прежде сама убедиться в своих предположениях и осторожно приблизилась к развалинам пещеры. После она опустилась возле них в медитативную позу и прижавшись спиной к горячим камням, отринув с души волнение, попыталась сконцентрироваться. Минут через пять, среди густой темноты перед закрытыми глазами, Оффи смогла рассмотреть две небольшие светло-желтые точки-огонька, говорившие о наличии жизни, хотя очень слабой и почти уже угасшей. Следом, когда она всмотрелась более внимательно, то смогла услышать даже глухие стоны и почувствовать саднящую боль во всем теле. Сомнений больше не оставалось. Асока и мальчик были живы, пока ещё живы... Баррис стала и чуть склонившись над завалом, попробовала при помощи Силы поднять один из камней, самый большой и тяжёлый. Это удалось не сразу. С трудом он поднялся и на секунду зависнув в воздухе, упал чуть дальше. Следом она точно также подняла и ещё один. Потом опять. И где-то камне на пятом Баррис заметила, что ей помогают. Камни будто бы сами собой начали подниматься и откидываться. Правда пока не слишком активно. Оффи обрадовалась этому, ведь сие значило, что она права и те двое живы, а Баррис смогла справиться без помощи Магистров. Но это было не совсем так, если узнать, что в это время происходило под завалами. Когда своды пещеры только начали обрушаться, Асока и мальчик, которого она непроизвольно прижала к себе, стремительно полетели прямо под камни. Тогрута взмахнула свободной рукой, чтобы откинуть в сторону хотя бы часть и заметила, что мальчик сделал то же самое, от чего оба они отлетели сами, причём в сторону, где располагалась небольшая ниша, достаточная, чтобы принять двоих подростков. Туда-то и попали несчастные, на которых посыпалась известь и обломки камней. Впрочем, тот факт, что они оказались закрыты хотя бы частично, сохранило им жизнь и отчасти здоровье. Обвал ревел на все голоса и детям пришлось тесно прижаться друг к другу, чтобы услышать то, что они говорили.
— Ты не бойся, как только станет потише, я отправлю сигнал моему учителю, он поможет нам — сказала Асока, откашлявшись от очередной порции извести, всё так же продолжая держать мальчишку.
— Прости, это я виноват — прошептал он ей, пытаясь повернуться — Когда я подрался с Этьеном, то ненароком взмахнул руками и камни пошатнулись. У меня бывает такое. Редко, но бывает. Мама сказала, что это редкий дар, но пока мне от него одни проблемы.
Асока внезапно поняла о чем он сказал, что-то до боли знакомое увиделось девочке в этом рассказе и уже зная ответ, она спросила:
— А когда у тебя это началось? И почему у тебя проблемы от этого дара?
— Понимаешь, мы с мамой живем в бедном посёлке, где все тогруты, а я мало того, что человек, так ещё и такой неловкий. Всё время руками машу и при этом что-то роняю. И на меня все ругаются. Только мама и защищает — горестно вздохнул мальчик и осмотрелся вокруг.
— Ты знаешь, а ведь не везде и не все думают так. Кто-то наоборот считает, что этот дар — не проклятие, а напротив, большая честь — Асока попыталась приободрить своего товарища.
— Ты говоришь об Ордене джедаев? — спросил мальчик и глаза его неожиданно загорелись — Мне мама рассказывала о нем, ведь мой папа был братом одного из них и оба они геройски погибли, когда защищали мирную планету от нашествия мородеров.
— Подожди — остановила его Асока, что-то припоминая — А твоего дядю звали не Эдгард?
— Да, верно, а моего папу Эрион. Такова особенность моего рода, всех мужчин мы называем на Э — с готовностью пояснил мальчик — Меня тоже зовут так. Мама назвала меня Энакин.
— Правда? Не думала, что когда-нибудь увижу потомка великого Скайуокера — Асока была очень рада встрече с родственником легенды — Портрет твоего дяди висит у нас в Храме, в Галерее почетных джедаев.
— А ты разве тоже джедай? — спросил Энакин, сумев наконец выпрямиться — Я не думал, что они вспомнят о нас.
— Не совсем — ответила Асока, с радостью отмечая, что обвал закончился и можно было попробовать связаться с наставником — Я пока ещё только ученица, но уже через несколько лет, если повезёт, я стану Рыцарем.
— Я тоже хотел бы с вами, вот только мама, наверно, будет против, она же останется совсем одна, ведь папы больше нет — произнёс Энакин с сожалением в голосе, а Асока заметила, что камни начали двигаться и поняла отчего это может быть. В голову ей мигом пришла интересная идея, позволявшая так же проверить насколько её собеседник был правдив, сказав о своей чувствительности к Силе.
— Смотри, нас уже спасают, давай поможем им — предложила она тут же ему — Давай попробуем поднять несколько камней, так они быстрее увидят, что мы живы.
Энакин оказался понятливым и с удовольствием ухватился за предложение. Ведь до сих пор от его дара были одни проблемы, сейчас же появилась возможность доказать себе и другим, что может быть и иначе. Они с Асокой уже смогли расцепиться и теперь сидели на краю ниши и пытались сдвинуть камни.
— Вытяни руку вперёд и попробуй представить себе, что из неё вылетает невидимый трос, которым ты подхватываешь камень и с каждым движение руки, он перемешается. При этом сконцентрируйся и все свои мысли направь в положение руки — объясняла ему Тано, подкрепляя слова действием. Она говорила и при этом сдвигала с места первый из камней.
— Вот так? — серьёзно спросил Энакин, вытянув руку и попробовав ей взмахнуть, отчего камень сорвался со своей точки и резко взлетев, ударился о другой, выбив из него известковую завесу.
— Почти — сказала тогрута с удовлетворением — Вот только не надо так резко, во-первых, во-вторых, старайся не кинуть камень, а сдвинуть его.
Вскоре дело пошло на лад и проход, хотя и небольшой, был расчищен.
— Отлично, теперь попробуем вылезти, я первая, а ты за мной — сказала Асока своему спутнику и встав на камни, словно на лесенку, через минуту высунулась из проема и после помогла Энакину, замешкавшемуся на середине. Снаружи их давно уже ждали, Баррис и дети бросились к ним и начали обнимать, забыв обо всех правилах.