Органа хотел было снова начать возражать и заверять в том, что его охранники хорошо знают своё дело и не допустят никакой опасности, но видя такое искреннее беспокойство в глазах подростка, не выдержал и уступил. Просто понял, что Энакин не отступится и будет дальше переживать за него, пока лично не убедиться, что всё в порядке. Лучше уж дать ему самому это увидеть:
— Ну хорошо, я возьму тебя с собой, в качестве...кхм...дополнительной охраны — задумавшись ненадолго произнёс Бейл — Ведь и тебе тоже будет полезно посмотреть как общаются мирные люди.
Энакин благодарно взглянул на Бейла и кивнув Асоке, что всё в порядке, пошёл следом за ним на корабль. Путь до Беспина был не сказать, чтобы близкий, но и особо далёким его тоже не назвать, достаточный для того, чтобы пообщаться на откровенные темы. За прошедшие годы жёсткое неприятие Энакина к политикам несколько снизилось, приняв избирательный характер, например, никоим образом не распространяясь на этого человека. С Бейлом Органой они всегда легко находили общий язык и могли обсуждать даже личные темы, что было в общем не удивительно, ведь Органа был очень чутким и понимающим человеком, умевшим найти подход почти к любому. Не зря его часто посылали на планеты, враждебные Республики, а так же для переговоров с сепаратистами. Его или герцогиню Сатин, но последняя сейчас находилась у себя на Мандалоре, а вместе с ней и Кеноби, по официальной версии как телохранитель, а на самом деле...Об этом никто не знал, только Энакин, помня свой разговор с герцогиней, но особенно не вникал в их дела, в конце-концов, кто виноват, что они дружат. Свою собственную мысль о совместимости Кодекса и личных отношений юноша пока отложил, война не оставляла много времени на личные вопросы, требуя сосредоточенности в совсем других вопросах. Например, о том, как бы не умереть самому и не дать погибнуть товарищу, хотя, сейчас предчувствия Скайуокера молчали и он вполне мог немного расслабиться.
— Как твои дела, Энакин? Есть успехи в обучении? — поинтересовался Бейл, когда они сидели в салоне корабля, глядя в окно.
— Магистры часто бывают довольны мною — начал пояснять Скайуокер, заодно и делясь сомнениями — Вот только я сам иногда бываю в себе неуверен.
— Что это значит, Энакин? Ты имеешь ввиду, что не всегда знаешь, как поступить? — предположил Бейл, знавший как нелегко бывает новичкам.
— Не совсем, внутри себя я вроде бы уверен, что делать и как поступать, но вот стоит начать это выполнять, так сразу возникают сомнения, вплоть до желания всё прекратить — юноша смог наконец найти объяснения своим мыслям — Вы, наверняка, незнакомы с этим.
— Ошибаешься, Энакин — не согласился с ним Органа — Это сейчас, когда я приобрёл опыт и авторитет, я чаще всего бываю уверен в себе и своих планах, но вот в то время, когда я только начинал, мне было очень непросто, ведь я должен был быть примером для своего народа, а рядом не было никого, кто мог бы оказать поддержку.
— Но вы справлялись с этим? — спросил Энакин, не веря, что такой человек, как Органа, мог испытывать трудности.
— Это пришло с опытом, взгляни на свою наставницу и ты поймёшь о чем я — привёл Органа доступный пример — Её привезли сюда несмышлёной девчонкой, боявшейся всего и всех, что же она теперь являет собой.
— Это верно, я никогда не встречал особы более уверенной в себе, нежели она — Энакин был рад, что он хорошо отозвался об Асоке.
— Ты станешь ещё лучше, просто доверяй своим ощущениям — улыбнулся Бейл и взглянув на игровую доску с голографическими монстрами, предложил — Сыграем?
— Само собой — потёр руки Скайуокер, любивший эту игру — Я сделаю вас, сенатор!
Вот так и прошёл оставшийся полет и на Беспин прибыли уже поздним вечером. Их всех устроили в гостевых комнатах здания местного управления, Энакин по соседству с Бейлом.
Ночь не предвещала никаких происшествий, все спокойно поужинали и пошли спать, один только Скайуокер не мог заснуть, крутясь с боку на бок на мягкой удобной кровати. Наконец, ближе уже к полуночи, он наконец смог заснуть, однако, и тут ему не дали поспать. Из синеватой темноты, прямо перед глазами, возникли другие, огромные, желто-коричневые, с длинными густыми ресницами. Следом в уши проник знакомый голос:
— Игра началась! — зловеще прошептала Орра Синг и подняла вверх своё оружие. Энакин открыл глаза и переводя сбившееся дыхание, схватил с тумбочки меч и бросился в комнату Бейла, чтобы успеть первее убийцы и ворвавшись туда, увидел...мирно спавшего в своей кровати сенатора и никаких признаков Орры. Вообще. Окно было зашторено, не выключая мес, Скайуокер подошёл к нему, стекла тоже были закрыты изнутри. Заглянул под кровать и в шкаф — никого. Разочарование было болезненным.
— В чем дело, Энакин? — сонно пробормотал Бейл, потирая глаза.
— Ни в чем, сенатор, спите спокойно — ответил он и пряча за спиной меч, вернулся к себе.
Он был сильно раздосадован собой и даже не пытался это скрыть и наутро прятал глаза от сенатора. И вот, после скорого завтрака Органа должен был начать своё выступление перед народом Беспина. Зал был уже готов, а трибуна на возвышении ждала оратора. Энакин сидел в первом ряду и внимательно следил за каждым шагом сенатора. Бейл поднялся на трибуну и уже начал традиционное приветствие, как вдруг откуда-то сверху раздался грохот. Органа с негромким вскриком полетел назад, Энакин бросился на звук, шедший из вентиляционной решетки и в последний миг успел заметить силуэт убегающей Орры Синг. Скайуокер прорезал решётку мечом и бросился следом, но та успела уже ускользнуть. Тогда ему ничего не осталось, кроме как вернуться обратно и посмотреть, что с сенатором. Бейл лежал на ковровой дорожке и прижимал правую ладонь к левому плечу, внутренней его стороне, где на белой рубашке виднелось дымящееся отверстие. Над ним склонился местный министр — молодой мужчина солидной внешности.
— Медицинского дроида сюда! — велел он кому-то и только потом заметил Энакина.
— Я видел, кто стрелял, но упустил его — сказал он с досадой и отвернулся. Через полчаса ему разрешили зайти в медицинский кабинет, где на узкой кушетке, едва на ней помещаясь, лежал Органа. Его плечо было перебинтовано, а левая рука покоилась на белой перевязи.
— Сенатор поправится, ранение оказалось касательным — произнёс механический медик, заметив вошедшего.
— Простите меня, сэр, я не успел спасти вас — сказал Энакин, присаживаясь рядом.
— Ничего страшного, Энакин — успокоил его Органа, его голос немного дрожал, но он старался держаться — На войне бывает и не такое.
— А как быть с выступлением? Вам сейчас нельзя выходить в Зал — вспомнил Скайуокер о главном.
— Давай подумаем об этом — предложил Бейл, стараясь улыбнуться.
— Знаю! Ведь моя наставница кое-чему успела меня научить! — неожиданно воодушевился Падаван и взяв свой датапад, принялся под четким руководством Бейла выполнять свою задумку.
В итоге, когда пришло время, на трибуну снова взошёл сенатор Органа, вот только на этот раз одетый в непроницаемый плащ, из-за которого едва виднелось бледное лицо и челка, откинутая назад.
— Приветствую вас, граждане славной планеты Беспин — раздался в зале низкий баритон — Для вас не секрет то, что сегодня случилось. Но это не повод избежать встречи. И вот я стою перед вами, ослабленный ранением, но не сломленный...
— Ловко же я придумал — шепотом сказал Энакин, сидевший рядом с Бейлом, вещавшим в микрофон из медкабинета. Это была их общая идея — создать голограмму Органы и наложив её на дроида, пустить в зал. Тот улыбнулся и подмигнул, в последний миг успев опасливо кивнуть за спину юноши. Тот повернулся — ну так и есть, Орра уже была тут как тут, видно пролезла по трубе. Она снова направила бластер, но выстрел наткнулся на меч Энакина и отлетел в стену. Так продолжалось довольно долго, Орра петляла как заяц, выматывая противника. Наконец ей удалось отвлечь его и пропустив выстрел, юноша получил ожог на левой руке. Орра усмехнулся и направилась к окну, как вдруг была сбита негромким выстрелом и растянулась на полу, парализованная им.
— Ну вот, зря ты думаешь, что хилые дипломатики не могут постоять за себя — усмехнулся Бейл, пряча под подушку свой бластер-параллизатор.
— Ловкий выстрел, сенатор — с уважением сказал Энакин — Дайте пять!
И Бейл, как мальчишка, протянул юноше руку и ударился с ним ладонями.
Уже к вечеру они вернулись на Корусант, и выходя наблюдали как двое охранников тащат за собой арестованную Орру, продолжавшую смотреть на всех с обычным высокомерием.