— Не сопротивляйся, — на ухо шепнула Рикка, едва касаясь губами. — Подчиняйся.
Лора задержала дыхание и позволила боли заполнить душу, перестала сдерживать ее. Совсем как и говорил Дэмиан, обретшая свободу магия в мгновение ока растеклась по венам, неся с собой муку, накрепко связанную с облегчением. В глазах потемнело, горло сжалось. Звуки и свет растворились в кромешной темноте, где Лора осталась один на один с болью, с собственными страхами и мечтами, воспоминаниями. И все это вдруг треснуло, будто тонкий лед под ногами, осыпалось пылью прошлого и настоящего, подхватываемое дымкой забвения.
Глава 18. Что значит «обучение»
Чернота. Засасывающая мгла, словно поднятая из глубин вечного мрака. Холодная, как сама смерть. Непроглядная. Она стелилась дымкой вокруг с трудом дышащего тела и, казалось, жаждала поглотить его. В ее ледяной пасти не осталось и лучика света, а запах страданий сотен и сотен затянутых в ее сети несчастных убивал последнюю надежду на спасение. В такую тьму угодила и она.
Еле-еле приоткрыв глаза, она почувствовала невыносимую тяжесть во всем теле и по холоду камня догадалась, что лежит на полу. Разглядеть детали оказалось выше ее сил, а все воспоминания растворились в той зыбкой черноте. Терзающая боль въелась так глубоко в кожу, будто стала частью ее самой, за каждый вдох требовалось бороться, чтобы воздух вошел в легкие. Соленый металлический запах кружил вокруг, подсказывая, чем насквозь пропиталась одежда. И любые попытки подняться заканчивались одной лишь мыслью, тело не отвечало на зов разума.
— Доброе утро, Кейтлин, — услышала она голос своей госпожи. Хотелось ответить, но губы совершенно не слушались. Рикка склонилась к ней и коснулась теплыми пальцами лба. Она из всех лил потянулась к ним, но даже глаза толком открыть не смогла. Словно пленница в заточении боли.
— Первый этап обучения завершен, — торжественно объявила госпожа, улыбнувшись. Тепло ее пальцев и голоса были единственным источником радости для нее среди густой тьмы. Невольно она тянулась к ним, как единственному лучику света.
— Спасибо, госпожа Рикка, что обучаешь меня, — тихим шепотом ответила пленница, едва справляясь с собственным голосом. Госпожа рассердится, молчать нельзя, но как же много сил отбирает простой ответ.
Рикка наклонилась ниже и развернула ее на спину, с тщанием всматриваясь в полуприкрытые глаза. В прошлом воспитанница уже позволяла себе фамильярничать. Но сейчас она говорила без тени издевки, в мягком шепоте улавливалось беграничное почтение и чуточку мольба. Да и непокорный взгляд отливающих сталью глаз сейчас растерял все признаки враждебности, оставляя место ласковому свету восхищения.
— Ты переходишь на второй этап, — Рикка погладила ее по растрепавшимся волосам. — Отныне наказание ты будешь получать только за проступки. В остальное время я буду учить тебя подчиняться любому моему приказу.
Движение теплой ладони развеивало кружащуюся вокруг черноту. Ласковое, почти материнское, оно успокаивало вгрызающуюся в плоть боль, словно рядом с ней когда-то был дом. Сердцо затрепетало в груди, она потянулась к дарящей спокойствие руке, как та вдруг исчезла. Снова по телу россыпью осколков стекла понеслась магическая боль. Из груди вырвался приглушенный стон.
— Хорошо, госпожа Рикка, — она прикрыла глаза, не в силах больше держаться. Мгла вновь затягивала, сопротивляться ее ледяным объятиям становилось до невыносимого сложно. И даже присутствие госпожи не спасало уже от забвения.
— Я объясню позже, чему ты будешь обучаться.
Рикка выпрямилась в полный рост и подошла к двери, где ее уже ждал облаченный в темно-бордовые доспехи личный страж императора. При появлении рал-дис он склонил голову в почтении и опустил глаза в пол. Рикка шире открыла дверь каменной пыточной и отошла в сторону, освобождая проход.
— Уноси! — скомандовала она стражнику, и тот без промедления исполнил указ.
Грубые прикосновения мигом привели в чувства. Рязряды молний тысяч вонзающихся кинжалов вспыхнули в поврежденных конечностях, когда кто-то неосторожно поднял ее на руки. По ногам потекли холодные кровавые капли, она стиснула зубы, скрывая мучительные стоны. В глазах поплыло, смазывая реальность в цветное пятно. И не имело значения, куда госпожа решила с ней уйти, ведь она готова подчиниться любому приказу.
— Тебя пожелал увидеть император, Кейтлин, — вдруг произнесла Рикка, пока они продвигались по коридорам. Пустой взгляд пленницы на миг полыхнул, но она сразу зажмурилась и сдавленно застонала. Рикка погладила ее по голове, и воспитанница чуть расслабилась.