Выход, ему нужно как можно быстрее найти выход, но в голову ничего не приходило. Не подчинись Дэмиан сейчас, госпожа вернет его на первый этап, и переубедить наследницу он уже не сможет. Придется играть по правилам Найды, пока что. Отвлечь ее покорностью, запорошить взор ложью и действовать за спиной императора, пока Кейтлин не вспомнит их истинные цели. Дэмиан выпрямился и поставил посох на пол перед собой.
— Кейтлин, — властно произнес он и бросил осторожный взгляд в сторону Найды — она благосклонно склонила голову. Кейтлин села на пятки и подняла залитые слезами глаза на него. — Я приказываю тебе…
И на последних словах голос вдруг пропал. Дэмиан сглотнул и отвернулся, не в силах смотреть на ее искаженное болью лицо. Как бы сильно он ни пытался избегать истины, ее громкое желание защитить его даже вопреки забвению тревожили, казалось, утраченную много десятилетий назад теплоту к людям. Совсем не помня их дружбы, Кейтлин плакала из-за него, из-за боли, которую он переживал от каждого удара и злого взгляда.
Кейтлин была важна для него, и, возможно, не только как спаситель. Дэмиан поднял посох и вернул взгляд на стоящую перед ним на коленях пленницу. Отрицание бурлящего в крови трепета волнения не спасет его, не поможет выбраться из замка. Дэмиан задумался над приказом, не способным навлечь гнев Найды. Чего хотела госпожа, он и так знал, однако следовать ее требованиям не желал.
— Да, господин, — прошептала Кейтлин, желая помочь ему. Если эти жалкие побои помогут ему избежать наказания, она смирится со своей участью. Предатель он или друг, сейчас не имеет веса в ее решении. Мягкое чувство в глубине душе умоляло помочь этому человеку, и Кейтлин подчинилась голосу подсознания.
Дэмиан стиснул зубы и вновь ударил ее посохом. Кейтлин рухнула на пол, не удержав равновесие. По полу разлетелись капли сочащейся из разодранных запястий крови. Темная аура, исходящая от стоящего напротив воспитанника, расползалась угольными змеями по комнате, охватывая собой каждый потаенный уголок. Кейтлин привстала на четвереньки и замерла, ожидая приказа. Отдающая могильным холодом энергия проникала через кожу к самому сердцу, рождая мелкую дрожь. Кейтлин зажмурилась.
— Не смей разговаривать без позволения! — воскликнул Дэмиан. По щекам потекли соленые слезы, срываясь на пол беззвучными каплями. Грубый голос дрогнул в самом конце, и в растекшейся тьме появились бесцветные дыры. Кейтлин подняла голову и встретилась с его осветленными глазами под сведенными бровями. Искреннее страдание на его посеревшем лице ранило глубже ударов посоха. И рана в груди зияла все больше с каждым ударом сердца.
— Встань! — сухо приказал Дэмиан. Кейтлин с трудом поднялась, не сводя взгляда с его приоткрытых губ. — Повернись.
Ужасно слышать его больной голос, как бы Дэмиан ни храбрился. Кейтлин развернулась спиной и сжала в руках маленький платочек. Не удержавшаяся в ткани кровь закапала на пол к ее ногам. Плеча коснулась ледяная ладонь и крепко сдавила. Кейтлин зажмурилась, она чувствовала мелкую дрожь удерживающих пальцев, и в груди сжималось от жалости к нему.
— Жалкая наследница, — ядовито произнес Дэмиан, и по коже ее побежали мурашки. — И откуда столько шума вокруг?
Он грубо надавил на плечо, и Кейтлин покорно опустилась на колени. Дэмиан стоял так близко, что окружающая его аура проникала сквозь кожу и отравляла тело ядом боли. Кейтлин сжала влажную ткань, по щеке потекли соленые капли. Дэмиан шагнул ближе и наклонился к уху:
— Никиас, — едва слышно прошептал он, и в груди снова защемило. — Вспомни его!
И через секунду Кейтлин лежала клубком на полу, обхватив себя руками, и мелко-мелко дрожала. Удары посоха почти не ощущались за вспышкой ослепляющей боли. Имя вихрем крутилось у нее в голове, навевая какие-то нечеткие воспоминания, от которых все ее тело сгорало в пламени невыносимой муки. Но как только Кейтлин пыталась ухватиться хоть за одно, яркие всполохи рассыпались искрами и таяли в пустоте. Дэмиан не случайно назвал именно это имя, и не просто так оно отозвалось в сердце острой болью. Кто же он? Что их связывало в прошлом? Ответы растворялись, подобно серой дымке в предрассветных лучах солнца. И только Дэмиан мог вернуть ей воспоминания о Никиасе.
Колдун еще пару раз ударил ее для отчетности, но вмешалась Рикка и заставила остановиться на сегодня. Ограничения, наложенные на нее господином, обязывали сохранить жизнь наследнице, впрочем, Рикка подозревала, что Дэмиан не убьет ее даже по приказу Найды. Вопреки его словам, сдержанные удары, осторожные прикосновения, теплые взгляды и еще куча мелочей выдавали в нем нежные чувства к девчонке.