— Она не сказала о тебе, как о своем друге, — Магистр не сводил внимательного взора с подчиненного. Никиас поджал губы. — Она выделила тебя.
— Я люблю вашу дочь больше всего на свете, — без тени сомнений ответил маг и склонился перед повелителем. — Я готов ради нее на все.
Артис Реин отрицательно покачал головой. Последний отчет Никиаса уже был откровением, и Магистр не был удивлен его смелым признанием в запретных чувствах к его дочери. Он понимал, что по возвращении вопрос о наказании слуги станет остро и все же сейчас… Артис прикрыл глаза и тихо выдохнул. В действительности у него не было выбора.
— Кейтлин очень красива. Я уверен, что не ты один будешь пленником ее обаяния.
— Вы правы. Но для меня это не имеет значения, дело в ее характере, — уверенно возразил Никиас и смело посмотрел на повелителя. — Дело в ней самой! Я ни разу не встречал подобного.
И тут же пожалел о своем выпаде, преклонив колено перед Магистром. Мысли о Кейтлин порой заставляют его терять голову и забывать, кто он есть на самом деле. И пусть он совершил худшее преступление, говорить с правителем в подобном тоне он не смеет.
Легкое прикосновение к плечу привело его в чувство, и Никас поднялся на ноги, учтиво склонив голову перед господином. Оружие в его ладони на мгновение полыхнуло жаром, словно раскалилось добела. Никиас поднял глаза на Магистра и сглотнул, в его добром выражении маг будто увидел собственную погибель. И слова повелителя вдруг оказались не наградой, а только большим наказанием.
— Я не хочу расстраивать ее сейчас, когда произошло столько ужасного, — озвучил вердикт Магистр Реин, и Никиаса выморозило насквозь. — Но если я замечу хоть одно проявление неуважения!
— Война намного важнее, Магистр. Госпожа Кейтлин тоже это понимает, — подтвердил он, стараясь держать голос ровным. А внутри все застыло льдом от понимания, что вновь ему удалось избежать справедливого наказания из-за незаслуженной лояльности правителя.
Артис Реин кратко кивнул и распахнул тяжелую двустворчатую дверь из темного ореха. Никиас проследовал следом за господином в огромную дворцовую библиотеку. В нос ударил запах пыли, чернил, сладковато-пряный аромат старых книг. Магистр подал знак подчиненному и двинулся вдоль полок, не скрытых щитами.
Дворцовая библиотека Магистра Реина вмещала в себя миллионы самых разных книг практически по любой тематике. Это было самое огромное хранилище знаний во всей Виленсии, а поговаривали, что и во всем мире. Тысячи людей приходили сюда, чтобы найти искомую книгу, и Магистр гостеприимно принимал их во дворце. Но примечательнее всего был тот факт, что в библиотеке располагалась единственная отдельная секция, огражденная многочисленными магическими щитами. Здесь хранились книги, посвященные самым разнообразным аспектам магии вплоть до истории колдунов и пророков.
Библиотека Магистра Реина — главная достопримечательность Виленсии — была огромной сокровищницей знаний. И могла соперничать лишь с Академией Магии, хранившей бесчисленное количество информации о своей науке. На все книги были наложены печати, открыть которые сможет не каждый. Да и вынести за пределы щита тоже можно было не каждую книгу. Только обладая необходимой для прочтения конкретной книги магией можно было проникнуть за щит. Разбитые по своей направленности книги хранились в отделениях, закрытых подходящим для них щитом. Таким образом исключалась возможность их чтения неподготовленными.
— Здесь все, что нужно знать о наших традициях, — Магистр Реин протянул толстую книгу в синем переплете. — Передай ее Кейтлин. Прямо сейчас.
— Хорошо, — кивнул Никиас, принимая книгу.
— А заодно и сам освети в памяти некоторые моменты. Я думаю, ты сам определишь степень своей вины и соответствующее наказание.
Артис Реин строго посмотрел на своего подчиненного. Конечно, проще всего было отправить его в камеры. Но лучшее наказание, это то, которое он сам сможет себе придумать. Муки совести станут его пыткой. Да и Кейтлин будет спокойнее в незнакомом месте, если ее друг поможет ей в освоении новых правил.
Никиас засмотрелся на знакомую книгу. Когда-то его заставили чуть ли не наизусть выучить ее. «Осколки традиций» на самом деле была сводом законов Виленсии и не более того, несмотря на обилие художественных вставок. Пару лет назад, когда он читал ее, Никиас удивлялся количеству ненужных описаний от автора. Впрочем без них книга была бы не толще пары страниц.