Выбрать главу

Колдун поставил книгу на полку и взял другую, толстую книгу, в потертом черном переплете. Она оказалась настолько древней, что на потертой обложке с трудом читалось название. Грей открыл ее и бегло пролистал, магия нехотя откликнулась на его зов, открывая печать. Для начала сойдет. Коснувшись пластины, Дэмиан легко убрал щит и передал книгу Никиасу.

— Отнеси Кейтлин, я задержусь здесь.

Никиас с трудом успел поймать книгу прежде чем колдун снова скрылся за опасным щитом. Какую бы силу он ни требовал, пройти туда с одной созидательной магией невозможно.

— Магистр Реин не хотел бы, чтобы ты так бесцеремонно перемещался по дворцу, — как можно серьезнее заговорил Никиас, взывая к благоразумию Грея. — Он не доверяет тебе.

— Представь, насколько мне нет дела до желаний твоего Магистра, — усмехнулся колдун, вновь возвращаясь к изучению содержимого покрытых толстой пылью полок. Нужной до сих пор не находилось, как бы далеко он ни заходил. — Хм, тут еще один щит…

— Дэмиан, это его дворец. Ты не можешь делать тут все, что тебе заблагорассудится! — попытался убедить его Никиас, почти прижавшись к опасному щиту и чувствуя предупреждающую вибрацию.

Тот лишь задумчиво осматривал красный щит: прикоснувшись ладонью к пластине, колдун не открыл его, а лишь визуализировал. Магия не пускала его дальше, и чем ближе он подходил, тем алый становился насыщеннее. Грей отошел, и цвет начал понемногу рассеиваться.

— Дэмиан!

— Я сделаю вид, что не слышал этого, — вновь отмахнулся тот.

— Нет, ты не сделаешь вид! Щиты не пускают тебя. И нечего тебе там делать! — жестко заговорил Никиас, всеми силами стараясь вытащить его из запрещенного отдела. — Выходи оттуда!

Как тогда, в лесу, колдун просто щелкнул пальцами, и резкая молниеносная боль пронзила его, пригвоздив на месте. Никиас замер, задержал дыхание, боясь даже моргнуть. Грей оставался колдуном, и характер его ничуть не изменился. Отголоски магической боли напоминали тлеющие угли после огненного смерча, они затаились в теле, будто яд, и напоминали о себе неприятным жжением.

— Не смей мне приказывать, — безапелляционно ответил Дэмиан. — Лучше отправляйся следить за Кейтлин. Ей грозит опасность.

— Что ты пытаешься найти? Щиты не ставят просто так, — тихо прошептал маг, не рискуя больше давить на Грея. Тот склонил голову к левому плечу, рассматривая преграду.

— Им много тысяч лет… — рассеянно произнес колдун, вновь коснувшись пластины на стене. Щит опасно замерцал красным цветом. Дэмиан приблизился к нему, но внезапно почувствовал легкое покалывание в теле, уверенно нарастающее по мере приближения к щиту. — Не пускает.

— Расскажи Кейтлин, быть может, у нее получится пройти, — постарался хоть как-то увести его Никиас. Колдун задумчиво осмотрел загадочный барьер, но потом все же оставил его в покое. Никиас приложил ладонь к пластине, и они вдвоем вышли из магической секции в лабиринт полок с книгами.

— Что он тебе дал? — Дэмиан выхватил из рук мага книгу и критически осмотрел. — Ты рассказал?

— Конечно, рассказал, — Никиас повел плечом, а затем уверенно вскинул голову. — Я не имею права скрывать такое.

Колдун лишь закатил глаза. Такая слепая вера в своего правителя всегда угнетала его. Лишь то, что у него больше власти, не значит, что он намного умнее или сильнее. Это значит, что у него всего лишь больше власти.

— Попробуй в следующий раз думать своей головой, — бросил Дэмиан, возвращая книгу.

— Обязательно, особенно, если ты будешь руководить, — колко ответил тот.

***

Слуги привели Кейтлин в огромные светлые покои и позволили остаться наедине со своими мыслями. Дворец с первого взгляда наводил на нее страх своими размерами, и господские покои ничуть не уступали общей помпезности. Массивный деревянный стол располагался возле окна и сейчас на нем стояла только чернильница с пером, выглядевшая на его гладкой поверхности песчинкой. По левую руку, у стены расположился удобный светлый диван, а возле стола в тон ему два глубоких кресла. Теплый разожженный камин по правую руку создавал в просторном кабинете уют и ощущение легкого спокойствия.

Резная дверь слева вела в роскошную спальню. Кейтлин осторожно заглянула туда и чуть не подавилась размерами постели, заправленной шелковыми простынями и укрытой расшитым золотом и серебром покрывалом. Не хотелось бы спать в ней одной до конца жизни. Кейтлин прикрыла дверь, не те мысли навевала спальня. Сейчас не хотелось думать так о Никиасе.

И все же мысли вновь и вновь, как прикованные, возвращались к его потрясающим глазам. Холодный зеленый цвет никогда ей не нравился, Кейтлин всегда чувствовала угрозу в таких людях. Но его изумрудные глаза словно согревали ее теплыми лучами. Хотелось просто смотреть в них, не отрываясь ни на секунду. Будто приятное зеленое море молодой травы, в нее так и хотелось рухнуть и нежиться в ее ласковых листочках.