— Хорошо, — кивнула Кейтлин и протянула руку Никиасу. — Давай тогда начнем занятия. Мне становится хуже.
Маг согласно кивнул и опустился на ковер, потянув ее за ладошку за собой. Кейтлин села напротив, поджав ноги под себя, и взяла Никиаса за свободную вытянутую руку. Глубоко вздохнув, он положил их запястья на колени, а вокруг затрепетала аура его силы. Кейтлин сощурилась, силясь точнее рассмотреть ее невесомую дымку. Аура напоминала одновременно и мерцание звезд на ночном небе, и стелящийся по траве туман, и радужную дугу после дождя. Невесомое нечто в груди отозвалось на призыв чужой магии. Кейтлин прикрыла глаза и тоже сделала глубокий вдох.
— Сосредоточься на силе внутри себя, — ровным голосом заговорил Никиас, и аура его начала понемногу проникать к неназываемому ощущению внутри. — А я помогу тебе.
Кейтлин склонила голову в знак понимания. Чужое вторжение вызвало мурашки по коже и трепет в груди. Бушующий вчера ураган в глубине ее сущности резво ответил на вторжение чужой силы и приветственно вспыхнул алым. Дыхание на миг пресеклось, Кейтлин закашлялась и открыла глаза. Смотрящие на нее изумруды плавились, зеленым морем переливались вокруг угольного зрачка. Совсем как в их первую встречу.
— А как же правила? — зашептала Кейтлин, вновь зачарованная этим взглядом. — Разве это почтительное расстояние между правителем и подчиненным?
— Госпожа Кейтлин, вы вправе казнить меня, если желаете, — его губы призывно открылись, а руки сжали ее пальцы. — Рядом с вами я…
А дальше мир внезапно закрутился перед глазами и резко остановился видом расписного потолка. Манящие губы касались ее собственных в бессовестном поцелуе, и несдерживаемая больше сила внутри вновь сдавила грудь. Кейтлин зажмурилась, крепче прижимая сильное тело. Каждая клеточка отзывалась на его прикосновения, желание раствориться в нем туманило рассудок. Голос, зовущий ее по имени, все еще отдавался в ушах, и сердце трепетало, слыша его раз за разом.
— Никиас! — выдохнула Кейтлин, откинув голову. Влажные губы заскользили по подбородку вниз, оставляя жаркие печати на коже. Горячие ладони беспорядочно бродили по телу, с нежностью касаясь чувствительных мест.
— Убейте меня, — взмолился Никиас, словно в противовес словам целуя так крепко, будто желал поглотить. — Я не могу быть рядом с вами.
— А если я прикажу? — едва справляясь с дыханием, заговорила Кейтлин. — Последствия…
Она запнулась, прерванная жадным поцелуем. «Остановись!» — мысль назойливо крутилась у Никиаса в голове, истово напоминая о приличиях.
— Не останавливайся! — выдохнула Кейтлин, сжимая пальцы на его спине. Глубокие красные борозды прорезали светлую кожу, но затуманенный желанием разум не осознавал этого.
— Я хочу тебя, — едва слышно прошептал Никиас, целуя пылко и нежно, едва различая желания уберечь и обладать.
Кейт закусила губу, с трудом сдерживая желающий вырваться наружу стон. Возбуждение волной сладкой дрожи прокатилось по всему телу, что-то внутри нее отозвалось на призыв хозяйки. Уже знакомая магическая энергия внутри нее взорвалась мощным потоком, направляясь прямиком к партнеру. Никиас оглушительно вскрикнул, скатившись на пол. Кейтлин испуганно села, боясь представлять худшее. Хриплые вздохи перемежались с тихими болезненными стонами. Никиас сжался на полу, словно боялся двинуться.
— Госпожа, Вы обладаете силой пророка…
— Что?
Никиас тяжело сел на колени возле нее и болезненно выдохнул. Сердце заходилось в груди галопом, мешая легким насыщаться воздухом. Никиас смахнул испарину со лба и откашлялся, дышать стало чуть легче.
— Вы владеете магией пророка, — пояснил он и медленно выдохнул, прикрыв глаза. — Вы чуть не убили меня.
— Что-то я не понимаю, как это связано, — Кейтлин удивленно нахмурилась. Она чувствовала нарастающую силу внутри себя, чувствовала, как та вырывается наружу, сжигает все преграды. И все же магия пророка… почему именно пророк?
— Позвольте, я позже вам расскажу, — Никиас вновь взял ее руки в свои и положил на колени, крепко сжимая. Кейтлин выпрямила спину и напряглась как струна. — Сосредоточьтесь.
Кейтлин плавно склонила голову в знак согласия и закрыла глаза. Чужая магия вновь потекла по запястью вглубь той неизвестной силы, осторожно касаясь и подогревая ее сущность. Сосредоточить всю себя на этой потусторонней энергии на деле оказалось весьма сложно, но Кейтлин чувствовала поддержку любимого и не сдавалась.
Страх за жизнь дорогого человека напрочь выбил из головы все неприличные мысли и загасил все желания. Если раньше Кейт волновалась за Никиаса только в рамках регламента, теперь же ее собственная сила была против их связи, отчего ощущение безнадежности в груди превратилось в зияющую воронку. Бороться с частью себя намного сложнее, чем с глупыми законами.