Зайдя в свои покои, Кейтлин велела охранникам стоять у дверей, предупреждая о каждом, кто хочет войти к ней, а Никиаса пригласила внутрь. Его главная задача на ближайшие дни помочь ей разобраться с найденным фолиантом. Оставленная здесь книга о ветеруме должна будет помочь Никиасу перевести те слова, которые он не знал. И сколько бы ни занял перевод, им без сомнений нужно приложить все усилия, чтобы закончить как можно скорее. Никто не знает, когда в следующий раз магии вырвется наружу и поглотит хозяина.
— Госпожа желает сразу приступить к работе? — притихшим тоном спросил Никиас. Кейтлин устало опустилась в кресло за столом, приложив ладонь ко лбу.
— Прекрати, я больше не желаю слышать это обращение! — с отвращением рявкнула она.
— Как прикажите, Кейтлин, — кивнул Никиас. — Но по регламенту…
— Я лучше тебя знаю регламент! — жестко одернула его Кейт, хлопнув ладонью по деревянной поверхности. Звонкий гул удар воткнулся в мага, как стрела. — Но здесь обращайся ко мне по имени.
Регламент строго диктовал требования в частности к обращению. Лишь Магистр Реин и лишь госпожа, в самом крайнем случае — правитель. Но Кейтлин просто не могла больше слышать это обращение именно от того, кого так сильно любила. От него «госпожа» звучало как насмешка судьбы над их разбитой жизнью.
Столько немыслимых правил она уже успела прочесть за то время, пока ожидала своих личных слуг, что голова пухла от их глупости. Конечно, это и те, что она успела услышать от колдуна: расстояние трех шагов для подданых, запрет на любые прикосновения, даже запрещено смотреть ей прямо в глаза. И максимальное проявление эмоций со стороны правителя в обществе — взмах руки и кивок. И каждое нарушение каралось смертью для подчиненного. Неважно, кто из них виновен в проступке.
И сверх этого Кейтлин узнала об обязательном ежедневном личном посещении народа, о проведении аудиенций, на которые положено выделять по шесть часов раз в неделю. Но желающих рассказать о своих неприятностях слишком много, и потому ведется учет всех пришедших. Со временем это превратилось в огромные очереди, и неконтролируемую толпу, и теперь нужно заранее попасть в список, только таким образом удалось хоть чуть уменьшить очереди. Впрочем, проблему доступности это не решило.
— Вам принести что-нибудь? — мягкий голос вырвал ее из размышлений. Кейтлин глубоко вдохнула, упорядочивая мысли.
— Нет, — она взяла в руки книгу и раскрыла на первой странице. — Nisi qui natus est, cum donum verus propheta potest recte interpretari hoc libro, — неспешно прочла строчку и подняла глаза на Никиаса. Магия и впрямь помогала ей с языком, но понять прочитанное пока не удавалось.
— Здесь говорится о книге и о пророках, — задумчиво ответил Никиас и протянул руку. — Можно?
— Сядь рядом, я одна не справлюсь, — спокойно кивнула Кейтлин.
Никиас придвинул свободное кресло к столу и сел напротив нее, развернув книгу к себе. Диалект и правда был настолько древним, что понять удавалось не больше половины слов. Никиас изучал ветерум в Академии много лет, но уровень изучения языка был приблизительно разговорный, чтобы император имел возможность говорить со своими подданными магами без вмешательства лишних ушей. А здесь использовался академический стиль, на котором, возможно, говорили пророки древности.
— «Nisi qui natus est, cum donum verus propheta», — он медленно провел пальцем вдоль первой строчки. — Мне кажется тут написано: Но только тот, кто рожден с истинным даром пророка… «potest recte interpretari hoc libro» — сможет верно интерпретировать эту книгу. Я полагаю так.
— Истинным даром пророка… — рассеянно повторила Кейтлин и развернула книгу так, чтобы они вдвоем могли видеть текст. — Sed hoc donum secum fert magnum periculum, ut omnis, qui ea possidet.
— Но этот дар… Эм, несет в себе большую опасность… А вот дальше я не могу понять, — Никиас долго всматривался в слова, пытаясь разобраться.
— Быть может, для других? — с сомнением спросила Кейт.
— Нет, — он отрицательно покачал головой. — Скорее, здесь говорится о тебе.
— Опасность для меня? Да, это похоже на правду, — кивнула она и подняла глаза. Никиас взял со стола магическую книгу и открыл где-то посередине.
— Здесь можно постараться найти ответы.
***
Когда настойчивый стук в дверь прервал их, они едва осилили пару страниц. Кейтлин устало потянулась, прикрыв глаза, и откинулась на спинку мягкого кресла. Абсолютно ничего путного за это время они так и не узнали. Дар пророка невероятно редкая и необычайно сложная сила. Кейт уже начала сомневаться, что у нее есть такая необыкновенная магия. По мере прочтения, она заметила, что стала понемногу понимать смысл некоторых слов, хоть и очень смутно. Магический язык словно сам разговаривал с ней, открывая свои секреты. Не об этом ли говорил Грей, когда упомянул, что ветерум понимают лишь маги?