Угольная аура сплелась в тугую сеть и плотно окутала хозяина, будто прятала и от вопросов, и от внешнего мира. Кейтлин сузила глаза, разглядывая постоянного магического спутника колдуна. Подчас она яснее самого Грея рассказывала о его эмоциях и самочувствии. И сейчас Кейтлин видела пробирающий до костей ужас при любом упоминании о плене.
— Дэмиан, пойдем, пройдемся, — Кейтлин властно положила руку ему на предплечье и потянула за собой, уводя к двери. Колдун стиснул зубы, аура взметнулась грозовым облаком над его головой, а по напряженному телу пробежала дрожь. Грей схватил ее за запястье в четком намерении сбросить ее ладонь, но Кейт сильнее стиснула пальцы на его руке и вытянула вслед за собой из покоев.
— Я ведь предупреждал, чтобы ты не трогала меня, — едва слышно прорычал колдун за ее спиной, но Кейтлин постаралась скрыть нервную дрожь, пробежавшую по позвоночнику. Черная магия вокруг него буквально метала молнии, норовя вот-вот вонзиться между лопаток страшным ударом боли. И все же Кейт надеялась, что ее другу хватит тактичности не ранить ее. Впрочем, сильнее она уповала на то, что Грей слишком ослаблен для вспышек гнева.
— Останетесь здесь, — приказала Кейтлин, заметив, что стража у дверей уже собралась следовать за ней. Разговор предстоял приватный, и телохранители молча кивнули в подтверждение.
Дэмиан на удивление послушно шел за ней вглубь просторных коридоров дворца. И если бы не громыхающая над его головой разрядами молний магия, клокочущую в нем злость никто бы и не заметил. Кейтлин поглубже вдохнула перед поворотом и порывисто разжала пальцы, поворачиваясь лицом. В черной радужке натурально полыхнуло зеленое пламя, скрыв за собой сузившийся зрачок. Грей сжал руки в кулаки и готов был рвать на куски любого, кто приблизится к ним.
— Я тебя слушаю, — спокойным тоном произнесла Кейтлин и сцепила ладони за спиной, чуть успокаивая себя.
— Действительно? — прорычал Грей, и где-то за окном знакомо грянул гром. Кейтлин сглотнула, но глаз не опустила. — А мне показалось, это я жду твоих оправданий.
Бушующая огнем аура тонкими змейками стекла к его ногам и прижалась, будто потерявшийся питомец к любимому хозяину. Угольный цвет ее потихоньку обесцветился до прозрачной дымки, привычно окутывающей колдуна, куда бы он ни пошел. Не было в ней больше гнева, словно воспоминания о произошедшем всколыхнули в нем качественно новые чувства. Или не новые? Сколько раз до этого Дэмиан попадал в плен сумасшедших садистов?
— Я чувствую твой страх, — мягким голосом заговорила она, и темная радужка чужих глаз дрогнула. — Но такого больше не случится. Тебе не о чем волноваться.
Дэмиан отвел глаза и опустил руки. Волнение с недавних пор стало последним, о чем он мог позволить себе забыть. Ровно с той отвратительной секунды, как император превратил его жизнь в ад, спокойствие Грею только снится. И странные взаимоотношения с наследницей вносили свою порцию тревог, с каждым разом превращаясь во все более и более причудливые и тесные.
— Ты многое видишь, но ничего из этого не понимаешь, — вздохнул колдун и перевел внимание на Кейт. Она замерла и в немом изумлении уставилась на него: такая разительная перемена от ярости к печали всего за секунду. Впрочем, не возможность ли это узнать о нем еще немного, чтобы без сомнений называть другом?
— Тогда объясни, — как можно мягче заговорила Кейтлин. — В чем тут дело?
— Не собираюсь я тебе ничего объяснять, — поджал губы Грей, сведя брови над сузившимися глазами. — Ты этого не понимаешь, и это исключительно твои проблемы.
— Ох, да перестань! — взмахнула рукой Кейт: разве после пережитого вместе она не стала ему единственным близким человеком? — Все это сейчас настолько незначительно!
Дэмиан лишь улыбнулся ее словам. Как часто люди обесценивают поистине важные вещи глупыми поисками все более и более дорогих. Как часто обесценивают из-за нежелания платить или уважать их ценность, просто называют незначительной мелочью и закрывают глаза на их нужность из собственной корысти. А ведь колдун полагал, что в Кейтлин нет этой корысти.
— Все, что есть, незначительно в сравнении с чем-то большим, — вдруг заговорил он наставническим тоном, и Кейтлин в удивлении округлила глаза. — Ведь всегда есть это большее. Значит ли это, что меньшее столь уж незначительно?