— Волшебный туман, — услышала Кейтлин голос, выведший ее из транса. Она перевела взгляд на колдуна.
— Сафира? — только и спросила Кейт.
— Да, — кратко ответил он, и лишь теперь она заметила, как напряжено было его лицо, как крепко сжаты зубы, как желваки играли под кожей, как широко были распахнуты глаза. Ужас, ледяной безотчетный животный ужас…
— Сафира была твоей женой? — вдруг обронила случайную догадку Кейтлин.
Время вдруг резко замерло, настолько медленным ему показался собственный жест. В ужасе повернув голову к наследнице, Дэмиан не смел и мысли допустить, что когда-либо хоть одна живая душа узнает о настоящих отношениях, связывающие его и Сафиру. Много десятков лет минуло с той поры, когда он в последний раз видел ее лицо, однако до сих пор его преследовал образ той, кого он просто не в состоянии выбросить из головы.
— Как ты поняла? — ледяным голосом спросил он.
Кейтлин покачала головой и рассеянно пожала плечами. Глядя на его лицо, белеющее от ужаса, и слушая дрожащий голос, догадаться о романтической составляющей их знакомства казалось невозможным. Но вслушиваясь все больше и сильнее, Кейтлин вдруг почувствовала крупицу соблазна в его истории. Между этими двумя, без сомнений, был интим, но как насчет чувств? Была ли между ними любовь?
— Да, — мертвым тоном проронил Грей, — мы были любовниками.
— Что случилось? — все так же тихо попросила Кейтлин, держась левой рукой за деревянный столбик повозки. — Умоляю, расскажи.
Дэмиан выронил из рук поводья, оцепенев от шквала вызванных вопросами воспоминаний. Каждый миг он помнил столь явственно, будто это случилось несколько дней назад. О ней всю его жизнь ходили нелицеприятные слухи, и с самого начала Дэмиан понимал, что Сафира никогда не станет ему помогать. Вот только и представить себе не мог, чем обернется его смелый, но крайне неосмотрительный поступок.
— Тогда, после истории с Алисой, я искал выход из этого замкнутого круга, — после долгого молчания начал Дэмиан. — Я невероятно любил ее, хотя у нас не было никаких шансов быть вместе. Сбежав от нее обратно в Тэйтр, я услышал от кого-то из людей о Лощине Урса. Я подумал, что мог бы воспользоваться возможностью очистить свое имя и одновременно отвлечься от боли. Об этом месте ходили чудовищные легенды, никто и никогда не возвращался оттуда. Я был в отчаянии, и потому решил отправиться именно туда, уверенный в своих силах.
Он замолк, собираясь с мыслями. Кейтлин не торопила его, понимая, как сложно все это рассказывать, а еще сложнее — вспоминать. Каждое слово в его рассказе было пропитано горечью и болью. Даже представлять страшно, что он чувствовал все те сто лет, пока его разбитое сердце рыдало по потерянной любви, а в это время тело подвергалось гнусным пыткам.
— Сафира встретила меня в лесу, привела в свой дом, — продолжил колдун, а взгляд его был намертво прикован к лежащим на коленях ладоням. — Она была настолько добра, насколько вообще могла. Я не сразу понял, почему люди избегали это место, Сафира встретила меня как дорогого гостя, напоила чаем. Я рассказал ей о том, что меня привело сюда. Сафира обещала помочь мне забыть о горе, сказала, что обладает таким даром. Лишь многим позже я понял, что она наложила на меня заклятие забвения.
Так сложно вспоминать о том, что давно стерлось из памяти за ненадобностью. И как глупо признаваться в постыдной слабости перед той, кого сам же упрекал в том же. К счастью, Кейтлин не перебивала и позволяла ему самому контролировать скорость рассказа. Она первая, кто узнает о его глупой ошибке. Узнает, как было все на самом деле.
— Оказалось, Сафира, впрочем, как и многие до нее, решила использовать меня для сексуального удовлетворения. Кем бы она не была, на деле она оставалась женщиной и поддалась искушению. Сафира, как я позже узнал, рассчитывала на мою стойкость, в отличие от магов, колдуны в разы выносливее за счет своей магии. Однако и я не мог дать ей то, что она хотела.
— Что же она хотела? — не выдержала Кейтлин. — И почему одно имя нагоняет на тебя такой страх?
Дэмиан внимательно посмотрел ей в глаза. Правда, порой, давалась с мучительным трудом, как и пробуждение давно похороненных под осколками страха воспоминания. Но сейчас, понемногу открывая ей свой страшный секрет, Грей вдруг почувствовал в себе силы не только рассказать все до конца, но и ступить на порог дома той, кто так подло обманула и обокрала его.