- Найди королеву! - прокричала ему в ответ Лианаэль, беря короля под обе руки на пару с Деймироном. - Она не должна уйти живой!
Бежать вместе с королем было очень тяжело, он едва передвигал ногами и ей с Олдриэлем приходилось буквально тащить его на себе. Только любовь к отцу не давала ей поддаться панике. В городе по улицам бегали испуганные эльфы их догоняли и пожирали эти странные существа ворвавшиеся из другого мира. Нечто, похожее на длинного белого червя ухватило принцессу своим странным липким языком и потянуло на себя. Дэймирон вовремя ухватил ее за руку и рубанул по извивающемуся языку чудовища. Даже до крови не пробил - эльфийская сталь словно отскакивала от монстра. Но червяку, похоже, было больно. Он мерзко завизжал и отдернул склизкий язык.
- Уходите! - произнес Олдриэль, занимая боевую стойку. - Я задержу его сколько смогу.
- Мне не дотащить его одной! - безнадежно выдохнула Лиа.
- Ты и не будешь одна! - послышался за спиной до боли родной голос.
- Джер! - приободрилась девушка, но заметив его спутников недоверчиво нахмурилась.
- Мы сейчас все на одной стороне, - быстро пояснил разбойник хватая короля с одной стороны, а Кэйррэн принял с другой. Сиэт была рядом с ними, держа двумя руками коротенький клинок, словно бы умела им пользоваться. Оборотень нетерпеливо добавил: - На недоверие сейчас просто нет времени Лиа!
- Хорошо! Бегите вперед, я сразу за вами! - кивнула Лиа, и повернулась к сражающемуся с червем Олдриэлю. - Я не забуду вашей доброты, лорд Дэймирон.
- Да убегай ты уже, девочка! Ты единственная, кто может спасти короля!
* * *
Ирэннэль со всех ног бежала подальше от дворца. Впервые за всю ее жизнь, способность мыслить трезво покинула леди Родресс. Сейчас ей управлял исключительно страх и инстинкт самосохранения. Они гнали ее в неизвестном направлении. Лишь бы найти укромное место, где можно спрятаться! Самое сложное препятствие - это дворцовый сад. Сейчас он казался эльфийке каким-то нескончаемым. Она спотыкалась, царапалась о благородные кустарники, цеплялась за них одеждой. Во всей этой суматохе женщина даже об обуви не вспомнила и теперь ноги ее выглядели ничем не лучше лица. Она ощущала как из рассеченного лба ручейком по лицу стекает теплая кровь, и затем по шее пробирается в лиф сорочки. Сколько она уже ее потеряла? Ночная рубашка была буквально пропитана собственной кровью. Последние остатки здравого смысла и самообладания подсказывали ей, что если не остановить кровопотерю, вскоре она потеряет сознание. Женщина резко остановилась, и с силой рванула оставшийся сухим подол сорочки. Оторвав внушительный кусок и оголив тем самым привлекательные стройные ноги выше колен, бывшая королева сложила ткань в несколько слоев и приложила ко лбу.
Странное человекообразное волосатое существо появилось из ниоткуда и бросилось на Ирэннэль так неожиданно, что эльфийка даже не успела закричать. Но повалив ее на землю оно вдруг замерло, не причинив королеве ни малейшего вреда. Маленькие злобные глаза существа вдруг округлились, и женщине показалось, что она разглядела в них шок и боль. Через мгновение существо безвольно упало на свою предполагаемую жертву и более не пошевелилось.
Испуганная королева попыталась освободиться от грозящей раздавить ее туши странного создания, но это было не так-то просто. Волосатый человек был очень тяжелым. Подняв глаза, она увидела высившееся над ней лицо Максириона.
- Я знала, что ты спасешь меня. - с облегчением прошептала королева, когда полководец сбросил с нее мертвое тело монстра. Еще раз взглянув на чудовище, Ирэннэль поняла от чего он умер: в спине его торчал острый деревянный сук, так вовремя вонзенный ее бывшим любовником. Внезапно все мертвое создание заискрилось тысячей огоньков и растворилось, словно бы его никогда здесь и не было. - Но почему ты просто не убил эту тварь мечом?
- Наши мечи их не берут, но сражаясь с одним из этих монстров, я случайно выяснил, что их слабое место раны, нанесенные деревом, а не металлом, - сухо пояснил Максирион. - И не обольщайся по поводу спасения. Я не дал этому существу сожрать тебя лишь только из соображений гуманности. Сколько бы мерзости ты не сотворила за свою никчемную жизнь, все же ты представительница нашей расы и заслуживаешь смерть от старого доброго меча.
- Ты пришел убить меня? - переспросила Ирэннэль. - Ты действительно способен сделать это после всего, что между нами было?!
- Между нами никогда не было ничего кроме лжи и плотской похоти, - изобразил презрение эльф и занес свой меч. - Перед смертью даю тебе возможность покаяться в содеянном, Ирэннэль.