Эант Теламонид и Эант Оилид, такие разные, но похожие своим буйным нравом. Два царевича, ставшие друзьями и прозванные - два Аякса. Один из них мечтал быть лучшим в состязаниях, чему способствовали его огромный рост и мощное телосложение. Второй - так же был превосходным атлетом, хоть и не таким большим, как его друг, но очень быстрым. Перегнать его мог разве только Ахилл. Но даже Ахилл не мог сравниться с Малым Аяксом в количестве женщин и способах их обольщения. Впрочем, обольщение шло в ход далеко не всегда.
Судьбы этих двух друзей сплетались в замысловатый узор, дополненный овациями стадионов, восторгами зрителей, желающих победы своих кумиров. А ещё, в тонкое кружево возможных событий вплетались жажда неги и страсти добровольных подруг и слёзы и проклятия тех, чьи тела удовлетворяли похоть Аякса Малого, вопреки их собственной воле. Тонкие нити множества судеб готовы были легко оборваться под напором прямого луча желаний двух Аяксов, усиленных жаждой зрелищ и пересудов толпы почитателей.
Рядом с этим затейливым рисунком Кэйра обнаружила ещё одно переплетение, готовое разлететься в клочья. В центре находились нити, связанные с Агамемноном. Долгие годы сын Атрея вынашивал планы свержения своего дяди-братоубийцы и возвращения микенского трона законному наследнику... себе. Его стремления поддерживали, как собственный брат Менелай, так и армия желающих поживиться на войне.
Ещё один прямой луч, способный оставить брешь, и очень близко к другим возможным разрывам.
Нестор, царь Пилоса. За свою долгую жизнь не раз вплетал нити собственной судьбы в судьбы других героев. Участие в битве кентавров и лапифов, когда-то оставившее огромную брешь в узоре возможностей. Поход с Язоном за золотым руном, участие в калидонской охоте. Этот человек всегда был рядом с людьми, одержимыми желаниями. Теперь же готовился реализовать собственные, пусть и связанные с будущим сына. Косвенный виновник нескольких повреждений Ткани, мог теперь стать причиной ещё одного.
Калхас, считавшийся прорицателем, к кому прислушивались с уважением, и Диомед, склоняющий к верному решению мудрым советом и, демонстрируя небывалую доблесть личным примером - оба всегда имели множество сторонников. Эней, сын прекраснейшей из богинь и потомок рода Дарданидов, мечтающий о благополучии и процветании подвластных ему городов. Его последователи, с надеждой взирали на деяния своего повелителя. Гектор, талантливый тактик и стратег, способный объединить воинов в один разящий кулак, поборник чести, никогда не прячущийся за спины, чем заслужил любовь и почтение. Мудрый Приам, главным желанием которого всегда было благополучие родного города. Терпеливый царь потратил всю жизнь, чтобы превратить захудалое поселение в великую Трою, обнесённую неприступными стенами. Многочисленные жертвы богам, и даже собственный сын, маленький Парис, оставленный умирать в лесу - всё ради блага города и подданных. Хитроумный и изворотливый Улисс, единственный из людей, способный сам плести узоры вокруг своих желаний. Но его плетение больше похоже на сети, в которые попадаются те, кто не так умён и расторопен.
Список имён людей, способных подчинить своим стремлениям многих других, казалось, уходил в бесконечность.
Кэйра с ужасом смотрела на Ткань, вернее на ту её часть, где концентрация человеческих желаний оказалась столь велика, что возникшие лучи, просто порвут её так, что восстанавливать будет нечего. Столько нереализованных судеб поглотит небытие... Даже если сёстры придут на помощь, делясь энергией собственных Цио, общих усилий всё равно не хватит, чтобы восстановить однажды созданный рисунок.
Впервые Кэйра почувствовала себя беспомощной. Но, вдруг, она услышала негромкий шёпот юной сивиллы. Девушка, вначале тихо, потом громче и громче повторяла одну и ту же фразу: «Троя падёт...»
Это был шанс! Косой луч, по которому Кэйра скользнула вниз, ближе к произнесённому пророчеству, оставил перламутровый блик. Теперь надо быстро переплести нити вокруг сказанного, чтобы слова из обычного неопределённого прорицания превратились в истинное и неминуемое Пророчество. Все разрушительные желания должны слиться в одно. Пусть часть из людей будет желать падения Трои, а их противники - наоборот, будут надеяться на то, что предсказанное не сбудется. Но, так или иначе, вся энергия человеческих страстей будет заплетена вокруг единственного события. Прямой луч невероятной разрушительной силы будет рождён и оставит чудовищную брешь.