Выбрать главу

- И это все? – не удержалась я.

- Разумеется нет! – Черный попытался изобразить радушную улыбку. – Но все остальное вполне может подождать. Вам же, леди Далия, необходимо расслабиться, отдохнуть, прийти в себя и привыкнуть к нашему воздуху, воде…ну, не знаю, к чему еще. Вероятно, ко всему. Я лишь прошу вас, леди Далия, сделайте так, чтобы эти изображения не исчезли, не растворились и не потерялись. Сохраните их, это Очень Важно!

- Я постараюсь, - сказала я. Надо выключить и убрать от греха подальше. А то или разрядится, или – тьфу, тьфу – разобьется. А человек просит…

*****

Из разговора между Ванлиром и Ралином.

- О чем тебя Глаз спрашивал?

- Известно, о чем. Где нашел, когда нашел, куда понес, зачем понес, чем поил, чем поливал, как умывал. Что говорила, как себя вела, не пыталась ли сбежать.

- А ты что?

- Ничего. Рассказал. Отчего не рассказать? А тебя он о чем спрашивал?

- Когда ты леди Далию принес, что она говорила, о чем рассказывала или просила, и особенно – про шнурок и колокольчик.

- А что с ними?

- Как это что? Все, как написано. Просила укрыться. Ну, то есть, покрытие. Еще связь – так мы ей шнурки повязали. И одеяло сверху натянули. Она все плакала, что нет покрытия и связи, и вверх смотрела. Потом позвонить просила. Ну, так мы ей колокольчики дали. Правда, ей совсем не до звона было, плохо было ей. Но о помощи все время просила. И ты знаешь, что я тебе скажу?

- И что же?

-  А то, что помогло это ей, вот что. Сам же видел. Утром встала, в баню сходила. Даже одежду свою сама стирала. Могла бы и нам сказать, мы бы сами…А потом суп варила! Правда, мы помогли немного, но ведь – сама! Да еще и с рыбой этой твоей – видишь, красавец какой получился!

- А еще что было ночью?

- А еще она свою лошадь все время звала. Так горестно: "Зу-зу-ки! Зу-зу-ки! Лошадка моя бедная! Беленькая моя! Где ты?" Странное, конечно имя, но красивое. Похоже лошадка ее в горах с дороги свалилась и прямо вниз на камни полетела. Жалко лошадку, наверное, леди Далия ее очень любила….

- Ничего, может быть, еще найдется. Или Наместник Бар ей другую подарит. Как думаешь?

- Точно, Наместник же с ребятами вот-вот приедут! Я пошел, надо воды набрать. И согреть, чтобы помылись. Бой у них был. Не слышал?

- Что-то слышал, был какой-то шум со стороны Ахвареша. Но я там не был, я на луга ходил.

- А, за козами…

- И за ними тоже. Рыбу вот ловил.

- Ну, так я пойду, займусь водой. А ты тут побудь. Наместник Бар просил.

- Ладно. Если Бар просил…

Глава 15. Друг.

Когда я вернулась в кухонный домик, Ванлир сидел один. Он устроился прямо на каменном полу возле печки, и, казалось, дремал.

Мне его стало жаль, от чего-то.

 Живет тут один. Скучно же, наверное. И страшно. Горы кругом, людей нет. То есть, они есть – но бывают нечасто. А если заболеет?

Тут мой "поток сознания" прервался, потому что парень открыл глаза.

- Ты как? Глаз все выяснил, что хотел? – спросил он меня.

- Да, пока, кажется – все.

- Я тебе рассказывал уже, помнишь? – у меня тут пещера есть. Хорошая, сухая, большая. Змей рядом нет, я их не пускаю. Теплые вещи тоже есть. Печки такой только нет. Но я могу сделать. Рыбу и мясо я добуду. Хочешь, вместе будем зимовать? Если Бар что-нибудь…ну, или в Наире тебе не понравится. Согласна?

От такого предложения снова зачесались глаза. Я была невероятно тронута. Попыталась вспомнить, когда и кто в последний раз интересовался где и как я буду зимовать.

- Благодарю тебя, Ванлир. Так заботиться о ком-то может только очень близкий друг или родственник. – Потерев глаза, сказала я. – Ты уже спас меня. Нашел в пустыне и сделал все, чтобы сохранить мою жизнь. И находишься рядом со мной. А у меня сейчас нелегкий период в жизни. Ты ведешь себя как друг. Скажи, могу ли я называть тебя своим другом?

Странно, но Ванлир задумался. А потом ответил:

- Я уверен, что – да. Родственниками мы не являемся, это точно. Я проверил.

Как он это проверил, для меня являлось загадкой. Но у меня немного улучшилось настроение. Я сделала шаг, собираясь подойти к постели и немного прилечь. Но деревянный пол оказался вдруг ближе, чем все остальное. И я снова потеряла сознанье.