Рапсодия засмеялась и наклонилась, чтобы поцеловать Эши.
- Романтичный дракон. Разве тут нет противоречия?
- Да. Его лицо засияло. - Но ты все равно меня любишь?
Она серьезно посмотрела на него и заговорила голосом Дающей Имя, подчеркивающим, что она говорит правду:
- Люблю и всегда буду любить.
Он притянул ее к себе и нежно поцеловал.
- Ариа, - прошептал он.
И с этого момента именем Ариа он называл Рапсодию в самые интимные моменты или же чтобы показать свою любовь - ни один другой язык не был столь красив и точен.
Под полуденным солнцем Грунтор нетерпеливо ждал возле скал, охраняющих Кралдурж, прислушиваясь к завываниям ветра. Он пришел по зову Рапсодии и с каждым утекающим мгновением беспокоился все больше. В послании, отправленном ею при помощи ветра, не было даже намека на страх или панику, в нем содержалась лишь просьба встретиться с ней на лугу, находящемся над Элизиумом.
И вот он увидел Рапсодию в ее обычном плаще, который она надела, несмотря на страшную жару.
- Давненько не было весточки от тебя, герцогиня, проворчал Грунтор. Если бы прошел еще один день, Ой спустился бы вниз вместе со своим отборным полком. - Он обнял и прижал ее к груди, чувствуя, как паника и раздражение быстро исчезают, точно вода, пролитая на гравий. - С тобой все в порядке?
- У меня все хорошо, Грунтор, - со смехом ответила Рапсодия, когда он поставил ее на землю. - Даже более того.
Грунтор бросил на нее подозрительный взгляд.
- И почему же? - осведомился он, только теперь заметив, что ее лицо сияет, а золотые волосы распущены по плечам. Прежде чем она успела ответить, Грунтор поднял сильную руку. - Ладно, не важно. Пожалуйста, больше не говори так, мисси.
Рапсодия немного помрачнела.
- Почему?
- Просто не говори, и все. Пожалуйста, - добавил сержант.
Потом он глубоко вздохнул. Ему казалось, что мысль, оставшаяся невысказанной, совершенно очевидна. Дракон заполучил Рапсодию в качестве сокровища, но только не тот, которого они так опасались.
Он представил себе реакцию Акмеда и содрогнулся. Грунтор отвел глаза в сторону и посмотрел на залитые полуденным солнцем горные пики, а на его лице появилось недоумение.
- Значит, тебе не нужна помощь? - спросил, поразмыслив, Грунтор.
- Нет, конечно, - запинаясь, ответила Рапсодия. - Если бы такая нужда возникла, я бы сразу обратилась к тебе.
Она попыталась сглотнуть ком в горле.
Протянув руку, она коснулась его большого лица и мягко повернула к себе. Когда янтарные глаза Грунтора обратились к ней, она увидела в них глубокую печаль, но при этом его лицо сохраняло привычную маску невозмутимости.
- Мне казалось, ты хочешь, чтобы я была счастлива, Грунтор, - тихо проговорила Рапсодия.
Он задумчиво посмотрел на нее.
- Ой очень этого хочет, мисси. Больше, чем чего-то другого.
- Тогда почему ты не рад за меня?
Великан вновь отвернулся и принялся изучать далекие горы. Раньше они казались непреодолимыми, теперь болги часто добирались до самых вершин, поддерживая в порядке древнюю вентиляционную систему, отстраивая обсерваторию намерьенов. Все, что когда-то казалось таким далеким, сейчас стало близким. Во рту у Грунтора появился горький привкус иронии.
- Ой сделает все, что в его силах, мисси, - после дол гой паузы проговорил он. - А теперь мне пора, нужно идти на разведку в дальние царства. Ой вернется через две недели и весь к твоим услугам.
- Подожди, - попросила Рапсодия, засовывая руку под плащ. - Ты можешь кое-что для меня сделать. - Она вы тащила из кармана сложенный и тщательно запечатанный кусок пергамента и протянула его Грунтору. - Это для Джо. Я хочу объяснить ей то, что произошло, и дать возможность привыкнуть к новому положению вещей. - Она вытерла выступивший на лбу пот. - Джо была... влюблена в Эши, и я не хочу оскорблять ее чувства, - смущенно добавила Рапсодия. - Ты позаботишься о том, чтобы она получила мое письмо, Грунтор? Если возможно, еще до твоего ухода? Я хочу дать ей побольше времени. Великан кивнул, пряча пергамент в нагрудный карман. - И расскажи обо всем Акмеду, ладно?
Грунтор вновь кивнул, его лицо сохраняло невозмутимое выражение. Судя по легкости ее тона, Рапсодия не понимала, какое трудное поручение она дала. Впервые с того момента, как он познакомился с королем фирболгов, ему придется подыскивать слова во время разговора с ним.
- Когда появишься вновь, мисси? - спросил он.
- Я собиралась подождать еще хотя бы пару недель, чтобы дать Джо хоть немного привыкнуть к новой ситуации, - ответила Рапсодия. - Постараюсь вернуться одно временно с тобой. Тогда мы обсудим с Акмедом наше выступление против Ракшаса.
Грунтор провел пальцем по краю своей куртки.
- Ладно, мисси. Мне пора. - Он неловко погладил ее по голове своей огромной ручищей, а потом сжал в объятиях.
- У тебя все в порядке, Грунтор? Ты выглядишь усталым.
- В последнее время плохо спал, - ответил великан. - Кошмары; что-то выходит из темноты. Пока не могу раз глядеть. Теперь Ой понимает, как ты страдала все это время, мисси. - Он тяжело вздохнул и вновь прижал Рапсодию к груди. - Ты будешь осторожна? И пусть твой туманный друг знает, если он будет плохо себя вести, ему придется иметь дело со мной.
Хотя лицо Рапсодии было прижато к доспехам Грунтора, она улыбнулась.
- Я ему передам, - пообещала она, слегка отодвинулась и чмокнула его в жесткую щеку. - Передай от меня привет всем, а особенно моим внукам.
Грунтор молча сжал ее плечо, быстро повернулся и за шагал по зеленому лугу, ветер шевелил высокую траву и распустившиеся фиалки, которые Рапсодия посадила к конце зимы - лето было в разгаре. Цветы скорби, которые обычно дарят тем, кто находится в трауре, или высаживают на могилах и полях сражений, сейчас не слишком радо вали сердце.
Перстень Патриарха вошел в силу в ночь середины лета. Эта ночь имела огромное значение в традициях людей и лиринов, поэтому Рапсодия и Эши радовались, что могут провести ее вместе. Они разбили лагерь посреди пустоши, Эши собирался совершить ритуалы религиозного ордена, главой которого был его отец, а Рапсодия хотела наблюдать за церемониями, священными для лиринов. Потом они улеглись на ковер из густой травы и молча смотрели в ночное небо. Рапсодия нежно прижалась к своему возлюбленному. Над их головами возникли фейерверки падающих звезд, а через мгновение Рапсодия, почувствовав, как напряглись мышцы на груди Эши, села и посмотрела на него.