Выбрать главу

Пройдя через кованые железные ворота и небольшой сад, они оказались на выщербленных каменных ступенях перед древней деревянной дверью, украшенной медью, с большим круглым дверным молотком. Рапсодия постучала, и через некоторое время их приветствовала настоятельница монастыря. Она быстро впустила их внутрь и оглядела улицу, прежде чем закрыть дверь. Акмед сразу понял, что происходит, - он не раз видел людей, от кого-то скрывающихся.

Рапсодию и Акмеда отвели в крошечную темную прихожую и надолго оставили одних. Пока они ждали, Рапсодия бросила несколько золотых монет в стоящий на столе ящик с узкой прорезью. Наконец настоятельница вернулась и провела их через закрытую занавеской заднюю дверь в тихий запыленный дворик. Сразу было видно, что это место уже давно никто не посещал. Настоятельница показала наверх.

Они поднялись по длинной узкой внешней лестнице, высеченной из того же камня, что и весь монастырь. Хотя здание имело всего несколько этажей, архитектор выстроил башню с балконом, возвышавшуюся над тихой улицей. Внутри башни они увидели женщину в длинном одеянии, которая сидела и смотрела на небо.

Когда они добрались до балкона, Рапсодия вытащила из сумки подарок мешочек, где когда-то хранился ломоть хлеба, который дал ей пекарь Пилам много веков назад, в Истоне. Путешествуя по Корню, Рапсодия благословляла каждую трапезу, напевая имя хлеба. В результате хлеб в этом мешочке никогда не черствел и не плесневел, даже во влажных недрах Земли. Казалось, время не имело власти над этим мешочком; и сейчас лежащий в нем хлеб оставался таким же свежим, как в то утро, когда его испекли, а было это в Илорке десять дней назад. Рапсодия подумала, что это достойный дар. Она осторожно вложила мешочек в руки прорицательницы.

Женщина повернулась к ней и улыбнулась, и Рапсодия ахнула от изумления. Ронвин ничего не видела, в ее глазах не было зрачков, в них отражалось лицо Рапсодии, как в том сне, который ей приснился в хижине Эши. Юное лицо прорицательницы обрамляли удивительные волосы - рыже-золотые, как у Эши, у корней и совершенно седые на концах. Она была одета в такую же рясу, как настоятельница, а на коленях у нее лежал компас - Рапсодия видела такой же в раннем детстве. Ронвин выглядела совсем хрупкой, казалось, она спит.

- Пусть бог дарует вам удачный день, бабушка, - сказала Рапсодия и мягко коснулась руки женщины. Прорицательница кивнула, а потом вновь подняла глаза к небу. - Меня зовут Рапсодия.

- Да, - отстранение ответила женщина, словно пыталась решить головоломку. - Тебя зовут Рапсодия. Что ты спрашиваешь?

Акмед вздохнул, он знал, что ему это не понравится. Подойдя к парапету башни, он выглянул на улицу.

- Вам известно имя ф'дора?

Женщина покачала головой. Рапсодия ожидала такого ответа. Однажды она спросила у Эши, почему имя нельзя узнать у прорицательницы. Он ответил, что Ронвин не может заглянуть в Прошлое и назвать имя столь древнего существа, родившегося на ныне исчезнувшей земле. Серендаир не имел настоящего, поэтому Ронвин не в состоянии увидеть ф'дора. Рапсодия улыбнулась, когда женщина засунула руку в мешочек, вытащила кусочек хлеба и поднесла его к губам. Дождавшись, когда Ронвин закончит жевать хлеб, Рапсодия задала следующий вопрос:

- У Ракшаса есть дети?

- Ракшаса нет.

Рапсодия вздохнула.

- Существуют ли дети, в чьих жилах течет кровь ф'дора?

Прорицательница кивнула.

- Сколько их?

- Сколько кого?

- Сколько детей, рожденных с кровью ф'дора?

- Живых девять.

Рапсодия вновь кивнула. Она вытащила из сумки пергамент и уголек.

- Как их зовут, сколько им лет и где они сейчас находятся?

- Кто?

- Как зовут детей демона, сколько им лет и где они сегодня?

- Ребенок по имени Микита живет в Хинтервольде. Ей миновало два лета, - ответила Ронвин.

- Где в Хинтервольде?

Прорицательница обратила на нее слепые глаза.

- Что тебя интересует относительно Хинтервольда?

- Где именно в Хинтервольде находится ребенок?

- Какой ребенок?

Рапсодия увидела, как напряглись плечи Акмеда. Она понизила голос, стараясь говорить возможно мягче, чтобы не расстроить хрупкую прорицательницу.

- Где именно в Хинтервольде находится порождение демона по имени Микита?

- В Виндланфии, на другом берегу реки Эдельсэк, в городе Керле.

Рапсодия нежно погладила ее плечо.

- Микита самая юная из всех порождений демона?

- Да.

- А как зовут следующее по старшинству порождение демона?

- Джесин.

- Сколько лет Джесину?

- Какому Джесину?

Рапсодия вздохнула.

- Сколько лет Джесину, ребенку демона?

- Сегодня исполнилось третье лето.

Медленно и терпеливо задавала Рапсодия интересующие ее вопросы. Прорицательница называла множество имен, мест, возрастов, ее монотонный голос иногда заглушался ветром, вторгавшимся в череду вопросов Рапсодии. Они составили список, начинавшийся с двухлетнего ребенка и заканчивавшийся гладиатором из Сорболда, которому в этот день исполнилось девятнадцать. Рапсодия посмотрела на Акмеда и содрогнулась. Будет непросто.

Когда прорицательница закончила, Рапсодия поблагодарила ее и встала. Она наклонилась, чтобы поцеловать Ронвин, но застыла на месте, увидев, что Акмед поднял палец.

- А есть ли нерожденные дети с кровью ф'дора? - спросил он.

Рапсодия вздрогнула, ей не пришло в голову задать та кой вопрос.

- Да.

- Кто его мать?

- Чья мать?

- Ребенка, который должен родиться. - На лице прорицательницы появилось недоумение. Рапсодия глубоко вздохнула. - Прошу меня простить, она еще не стала матерью, поэтому вы не можете ее видеть. Когда и где родится ребенок? - Женщина смотрела вдаль.

- Наверное, это вопрос для Мэнвин, - заметил Акмед. Рапсодия кивнула.

- Благодарю вас, бабушка, - тихо сказала она и поцеловала ее в щеку. Женщина улыбнулась ей. - А теперь вы можете отдохнуть.

- Тебя зовут Рапсодия, - сонно проговорила Ронвин. - Что ты спрашиваешь?

Одиннадцать дней спустя, едва нога Рапсодии ступила на остров Элизиум, Эши узнал, что она вернулась. Вода сообщила ему о ее приближении, но она явилась ночью, поэтому он спал, а не стоял на своем обычном посту, нетерпеливо дожидаясь любимой. В полудреме Эши показалось, что ему все приснилось, каждую ночь он грезил о ней, а потом просыпался в одиночестве, и его охватывала тоска. Он сел в постели, затем вскочил и бросился вниз, встречать Рапсодию.