К концу рассказа по моему лицу слезы текли ручьем. Мне было немыслимо жаль девушку и ее больного отца.
– А где твой отец? – спросила я, не наблюдая его в доме.
– Он в скотнике лежит. Ему трудно ходить без помощи. Я разместила его там на сене.
В копилку моего стыда прибавилось ощутимо. Я хотела отблагодарить девушку хоть чем-то за заботу. Хоть и понимала, что если бы не настало просветление в моем собственно аду, то мне было бы плевать на беды и девушки и ее отца.
– Пойдем, посмотрим, может я смогу помочь ему хоть чем то.
Мы вышли из дома и направились к стоящему чуть поодаль сарайчику. На постели из душистого сена полулежал все еще крупный мужчина. Как же она бедная его таскает то на себе. Он раза в два ее крупнее.
– Отец, это Натали, она хочет тебе помочь.
– Обойдусь. Мне ее помощь без надобности – проворчал мужчина, отводя глаза в которых полыхал огонь беспомощного отчаяния.
Не обращая внимая на его протесты, я призвала свет, мужественно сцепив зубы от боли. Все чаще любое обращение к свету причиняло сильную, практически нестерпимую боль. Направив поток живительного света по рукам к ногам мужчины, я напитывала его, сколько смогла вытерпеть. Потом резко пришлось оборвать лечение и практически выползти на свежий воздух, борясь с подступившей тошнотой от боли.
– Мама? Что с тобой? – ко мне через весь двор бежала моя дочурка.
– Все хорошо. Я немного посижу, и все будет хорошо.
– Ты использовала свет – не спрашивала, а утверждала умная не по годам девочка – зачем ты опять призывала его? Ради кого ты терпела такие боли? Ради этих грязных и уродливых нищих?
– Далия, не надо. Не говори так о хороших людях – пыталась усмирить я дочь.
– Они недостойны целовать наши следы на земле, они никто.
Презрительно кинув на девушку взгляд, Далия развернулась и пошла в дом.
– Простите ее – пыталась я сгладить обидные слова дочери.
– Не надо. – Из сарая вышел на своих ногах отец Алинии. – Я не знаю что с тобой происходит но вам лучше покинуть эти места и пойти в храм пресветлых богов.
– Боюсь, мне не смогут помочь. Но мы не станем вас больше беспокоить и покинем вашу деревню немедленно.
Зайдя в дом, я застала дочь, валяющуюся прямо в сапогах на белоснежных простынях. Задавив поднимающийся в душе гнев на поведение Далии, я быстро собрала наши вещи и велела ей немедленно выходить на улицу. Пока я была в состоянии сопереживать и испытывать нормальные человеческие чувства, нужно было срочно добраться до светлого храма. Но моему желанию не суждено было осуществиться. Едва мы вышли за крайний дом, как нам преградил путь отряд всадников. Едва взглянув в глаза щегольски одетому первому всаднику, я почувствовала как тьма взвилась внутри меня…
Сегодня, впервые за много месяцев тьма уступила, и я могу написать несколько строк. Роковая встреча с герцогом Арсийским решила нашу дальнейшую судьбу. Так старательно сдерживаемая тьма рвалась навстречу тому чудовищу, что я увидела в его глазах. Боюсь это последний мой светлый день. Мои силы для борьбы на исходе. Эти несколько месяцев чудовищных безумств выжгли практически весь свет внутри меня…. Моя связь с Лордом тьмы окрепла настолько, что иногда я слышу его мысли. В такие моменты мое сознание затапливает ярость, злоба и желание убивать. И не повезет тем, кто попадется мне на пути в такие моменты. Я сбилась со счета жертв попавших мне под руку. Но тела Лорд приказал мне не хоронить, а хранить в леднике. Зачем они ему понадобились, ума не приложу…. Вчера ночью я услышала голос Лорда, он велел провести ритуал с Далией и герцогом Арсийским. Я должна была после того как вырву сердце молодой девушки напоить их своей кровью. Я боялась просыпаться. Моя кровь должна дать им силу тьмы и превратить в вампиров – главных тварей Лорда. Те, кто примет мою кровь станут высшими вампирами, они сохранят сознание и воспоминания. Они станут сильнее в разы, быстрее и станут неуязвимы для магии. Только магия чистого Света весьма губительна для них.
Именно мне надежде Обители валькирий предстоит породить новую армию тьмы. Это моя последняя запись я передам в Обитель все что я смогла написать за эти годы и, надеюсь, им поможет мой дневник…
Мое сознание затапливают воспоминания Лорда Тьмы. Его мысли, его желания, они врастают мне под кожу. Его голос, шепчущий что кровь, страдания и ужас людей сделают меня сильной и достойной его. То что я вижу в его мыслях этого не описать. Те зверства, что он творил, чтобы обрести силу, они вызывают тошноту в светлые дни и дрожь предвкушения в обычные. Сейчас у меня в ушах стоит крик несчастной матери на чьих глазах этот монстр измывался над младенцем. Сначала он выжег раскаленным железом на маленьком тельце пентаграмму и призвал демона, дабы купить секрет силы тьмы и бессмертия жителей нижнего мира. Он поддерживал жизнь в этом малыше почти сутки, причиняя страдания и ему и матери. Это была плата демону за его знания. Получив желаемое, этот мерзавец бросил еще живого малыша на растерзание своим псам. Этого ужасного зрелища отчаявшаяся мать уже не выдержала. И тогда он вырвал почерневшее сердце из груди абсолютно седой, но еще очень молодой женщины и бросил в огонь. Позволив черному пламени охватить себя со всех сторон, он принял ту боль, что оно несло. И вышел из него уже Лорд Тьмы. За несколько дней он обратил всех жителей замка в кровожадных тварей. Боль и кровь питает его армию, а после них не остается ничего. Только пепел и разрушения. Нельзя позволить ходить по земле такому чудовищу. Он наделил меня своей силой, думая что моя кровь валькирии позволит освободить его из заточения. Когда он добрался до моих воспоминаний и мыслей он взбесился и моими руками уничтожил целую деревню ни в чем неповинных людей. А потом принялся создавать армию. Через меня это будет не так быстро, все же свет еще живет во мне. Но мне заранее страшно от того что он задумал. И я понимаю что у него это получится.