Утро выдалось солнечным, сухим и безветренным. Безмятежный щебет прилетевших птиц, напоминающий утонченный звук свирели, празднично разливался по всей улице, напоминая о пришествии весны. Природа просыпалась, оживая после зимнего сна, радушно встречая свои ежегодные преобразования, связанные с набуханием почек, появлением первой травки, подснежников и детских рисунков мелом на асфальте.
Позавтракав, Тори с родителями вышла на улицу, встречая сочные звуки весны, радуясь ярким лучам солнца.
- В Сибири у вас, поди-ка еще сугробы? - участливо спросил отец, намекая на то, что дочка зря уехала со средних широт.
- Там тоже есть свои прелести, - быстро ответила Тори с намеком, что данную тему она сейчас обсуждать не готова.
- Маша не собирается к нам на каникулы? - поинтересовалась мать.
- Даже не знаю как на счет весенних каникул, но на летние точно прилетит, - сказала Тори, словно зная, как обычно это происходит.
- На летних она всегда у нас, - усмехнулся отец и мечтательно посмотрел вдаль.
Он очень любил свою внучку и всегда с нетерпением ждал, ее приезда. Когда Маша была маленькой, дед часто брал ее с собой на рыбалку на ближайшее озерцо, любил гулять с ней по лесу, учил кататься на лыжах, а на участке возле дома даже соорудил для девочки детскую площадку с горкой, качелями и песочницей. Поэтому решение Тори уехать далеко на север в район сибирских просторов стало для него настоящим потрясением.
- Я вижу, у вас тут изменения на участке, все по-другому, - полюбопытствовала Тори.
- Ты давно у нас не была, - пояснила мать, - пойдем, мы с отцом покажем тебе все наши переделки. Старые деревья срубили, посадили новый сад, посмотри какой он большой! А какой прелестный у нас палисадник! Нам специалист по ландшафтному дизайну помогал, цветы теперь цветут с ранней весны до поздней осени, такая красота! Все благоухает.
- Да, вижу, здесь ощущается рука настоящего мастера, - похвалила реконструкции участка Тори.
- А как твои дела? Как живете с Генкой? - вдруг резко перевела разговор мать.
От неожиданности у девушки перехватило дыхание. Она понимала, что мать все равно почувствует ложь, поэтому громко зевнула, придавая нотки усталости и обыденности своей жизни и, приложив все усилия, ответила спокойным голосом:
- Да ничего особенного. Все как обычно.
- Работать не пробовала устроиться? - осведомилась мать.
- Вообще хотела, - протянула Тори, - думаю над этим вопросом. В школу хочу вернуться.
- Это правильно! - одобрил ее решение отец. - Нужно самой твердо стоять на ногах и ни на кого не надеяться. Сегодня Генка тебя полностью обеспечивает, есть заработок, а завтра может все измениться.
- На счет завтра, это истина, - согласилась с отцом Тори, - что будет даже через час нам малоизвестно.
- Ну, через час еще как-то прогнозируемо, - вмешалась мать, - сейчас покажем все свои приусадебные раздолья, расскажем, что планируем посадить, что сделать и пойдем готовить обед.
- Скажи, дочка, неужели тебе не хочется вернуться? - как то странно спросил отец и косо посмотрел на нее.
- Хочется, пап, хочется. Только я еще не знаю, как это сделать.
Родители переглянулись, но больше вопросов задавать не стали.
Незаметно пронеслась неделя. Генка звонил с завидной постоянностью. Машка успешно закончила четверть, но лететь к бабушке с дедушкой отказалась, ссылаясь на познавательную и увлекательную экскурсию, которую организовали учителя школы. Оля и Боря явно скучали без матери, засыпая ее многочисленными сообщениями.
- Ты привыкла к приемным детям? - как-то спросила Тори мать.
- Да, возможно, - утвердительно ответила девушка, - хотя это и нелегко, как кажется.
- Что собираешься делать дальше?
- Еще не решила. Мне надо в Москву, мам. Я нашла интересное предложение по переквалификации. Все же хочу стать учителем физики. Надо все же менять свою жизнь, свое положение в обществе. Отец прав. К Нине заеду, я написала что приехала, так она меня в гости зовет.