От одной лишь его мягкости что-то во мне начало таять.
Я начала проваливаться в него, в его свет.
Я обхватила рукой его спину…
И он вздрогнул.
Я ощутила шок боли в его свете — физической боли, а не боли разделения. Я во всех отношениях находилась достаточно близко к нему, чтобы поначалу это ощущалось как моя боль. Я дёрнулась, отпрянув и ощутив лёгкую тошноту в горле.
Ничего не понимая, я посмотрела на него.
Моё сердце сильнее застучало в груди, хотя разум ещё не успел переварить новую информацию. Мой свет заискрил, когда я встретилась с ним взглядом.
— Что случилось с твоей спиной? — спросила я.
— Ничего.
Поцеловав меня в щёку, Ревик на мгновение прижался своим лицом к моему. Боль струилась по его свету, притягивая меня. Я всё ещё пыталась привести мысли в порядок, когда он опустил губы, целуя мою шею, вкладывая свет в свой язык.
— Элли, — пробормотал он. — Расслабься. Просто позволь мне быть рядом с тобой. Пожалуйста, — он стал целовать меня медленнее, его голос был мягким, переполненным светом. — Ты приняла душ? Я всё ещё ощущаю на тебе привкус соли.
Мое непонимание усилилось.
Я потянулась к его спине, но он схватил меня за запястье, останавливая.
— Элли, — произнёс он. — Всё хорошо.
— Но что с тобой случилось? Что не так с твоей спиной?
Пару секунд он просто смотрел на меня, словно думал. Затем выдохнул, опустил свой вес на бок и улёгся рядом со мной.
— Ты ходил к Юми, верно? — повернув голову, я посмотрела на циферблат, тускло светившийся на краю его органического стола. — Ты всё это время был с Юми?
Мягко прищёлкнув языком, он поудобнее устроил своё тело на кровати. Проведя пальцами по волосам, он снова вздохнул, словно смиряясь, что придётся иметь дело со мной.
Где-то в этой паузе свет в его глазах приглушился, так что я могла видеть только его.
Его силуэт очерчивался бледным бело-зелёным светом, который лился от контура двери в основном для того, чтобы мы ни во что не врезались, если посреди ночи захотим встать в туалет. В этом слабом свечении Ревик выглядел лишь тёмной фигурой, а чёрные волосы казались лишь чуточку темнее его кожи.
— Ты действительно хочешь поговорить об этом сейчас? — спросил он.
Я уставилась туда, где находилось его лицо, и почувствовала, как боль в моей груди усиливается.
— Поговорить о чём? — переспросила я. — О чём мы говорим?
— Элли.
Он потянулся ко мне, взяв за руку. Переплетя наши пальцы, он послал в меня тёплый свет вместе с очередным импульсом боли. Я ощущала там более глубокие эмоции — печаль, нечто похожее на беспокойство, может, даже чувство вины, напряжённая насторожённость, граничащая со страхом.
— Элли… Пожалуйста. Сегодняшний день был для тебя непростым. Пожалуйста. Позволь мне попробовать помочь тебе с этим. Даже если ты до сих пор злишься на меня из-за Даледжема… или из-за того, что я не рассказал тебе, как познакомился с Кали и твоим отцом много лет назад. Тебе нужно открыть свой свет, дорогая. Это всё, чего я хочу. Я хочу ради разнообразия быть тем, кто поможет тебе. Как ты помогаешь мне.
Я пыталась впитать его слова, хоть как-то их осмыслить.
— Но где ты был? — спросила я наконец. — Куда ты пошёл?
Отпустив мою ладонь, он перекатился на спину.
Я видела, как он при этом вздрогнул.
А может, я почувствовала это в своём свете.
— Элли, — повторил он. — Пожалуйста.
— Просто скажи мне, — ответила я.
Мягко щёлкнув языком, он покачал головой, но не в знак отрицания. Я почувствовала в нём обречённость, но не угрызения совести, уже нет. Скорее, я уловила ощущение, будто он считал, что я его игнорирую, нарочно отвлекаю, избегаю того, что он говорил мне.
Но избегала ли я? Я честно не могла сказать.
Я знала лишь то, что чем дольше он лежал, ничего не говоря, тем сильнее становилась боль в моей груди. Она начала распространяться, просачиваясь ниже и глубже, проникая в мой живот. К моему горлу подступила желчь, тошнота, боль, сквозь которую сложно было думать.
Эта боль не ощущалась как разделение.
— Ты когда-нибудь занимался сексом с моей матерью? — выпалила я. — С Кали?
Я не осознавала, что собиралась задать этот вопрос.
Я правда не хотела слышать ответ.
Шок выплеснулся из его света.
— Что? Нет! Gaos, Элисон. Нет… абсолютно точно нет.
Я покачала головой, пытаясь выбросить эту мысль из головы.
— Забудь. Я просто…
— Элисон. Gaos d’ jurekil’a. Вот о чём ты думала? Почему?