Однако я не уснула.
Должно быть, прошло несколько часов — очередной интервал, очередной период времени на часах, когда они выпустили Ревика из клетки.
Он вернулся и снова затарабанил в дверь, но в этот раз никто ему не ответил. Я говорила им, что в этом нет никакого смысла, и он может отпереть замок своим разумом. Кажется, это заставило их всех занервничать и, возможно, даже напугало, но он не открыл дверь этим способом.
Я ощущала в нём печаль. Я ощущала, что он пытается поговорить со мной.
Я даже не думаю, что я злилась.
Я просто хотела, чтобы он оставил меня в покое.
Я хотела тишины, и даже когда Фрэнки постоянно трещала о парне, на которого она запала, и в сочетании с взрывами и музыкой от монитора, поскольку Сасквоч продолжал играть в видеоигры, а Джейден то и дело созванивался с Данте… даже со всем этим здесь казалось тихо, до странности умиротворённо. Может, всё дело в обыденности.
Я знала, что этот отпуск от реальности не продлится долго.
Уйдя во второй раз, Ревик не появлялся дольше.
Наступила очередная ночь. Затем очередной день.
В какой-то момент приходила Кали, но я сказала не открывать ей дверь, и в итоге она тоже ушла.
Я до сих пор не спала, но всё сильнее и сильнее уставала.
— Тебе бы в душ сходить, — сказала мне Фрэнки.
Я посмотрела на себя, осознав, что одета в армейскую одежду с пляжа, что у меня в трусах, рубашке и лифчике наверняка остался песок, и в волосах тоже. Я постаралась сообразить, как долго я просидела тут, время от времени потягивая пиво и поглощая пищу, когда кто-то вручал мне миску с рисом и овощами.
Я всё ещё думала, когда кто-то опять постучал в дверь, на сей раз громко.
Я чувствовала его там. Что-то сказало мне, что в этот раз я не смогу просто повелеть ему уйти. Я закрывала свой свет щитами практически с тех пор, как пришла сюда, но я знала, что это мне тоже не поможет.
В этот раз он почти не говорил с Анжи, когда она открыла дверь.
Я слышала, как он сказал ей что-то, что я не разобрала, затем повысил голос.
— Элисон! — его голос прозвучал резко, почти как приказ, но я по-прежнему слышала там печаль. Он вложил в свой голос достаточно света, чтобы я напряглась, сидя на диване. — Элисон! Выйди сюда. Сейчас же. Иначе я сам зайду.
Ему не нужно было уточнять, что он говорит серьёзно.
Я чувствовала, что она настроен решительно.
Я увидела, как Джейден нахмурился, затем начал вставать.
В этот раз я поднялась на ноги первой.
Когда я встала, они все застыли и уставились на меня. Даже Сасквоч перевёл взгляд, не поставив свою игру на паузу, отчего на его анимированный аватар навалились зомби, с которыми он сражался на экране. Я уставилась туда, странным образом очарованная тем, как они начали жевать части тела аватара. Затем я моргнула и посмотрела на остальных.
Я стояла там, силясь обрести равновесие.
В итоге я встретилась взглядом с Джейденом.
— Всё хорошо. Мне пора, — я обвела взглядом их всех.
Фрэнки, которая сидела рядом с Сасквочем на диване и выглядела ребёнком, устроившимся рядом с его большим телом. Джейден, с его длинными волосами и поджарым телом, закалённым пребыванием на корабле и долгими часами работы с Данте и остальными. Анжи, которая стояла у двери и наблюдала за мной с обеспокоенным лицом.
— Спасибо, — произнесла я, не зная, что ещё сказать.
— Если будет вести себя как козел, возвращайся, — сказала Фрэнки.
Она поставила своего игрока на паузу, и та застыла в странной выжидающей позе, слегка покачиваясь, пока игра ожидала её возвращения.
— Серьёзно, — сказала она, и её тёмные глаза вторили этой серьёзности. — Ты можешь в любое время остановиться с нами, Элли. Сколько тебе угодно.
Сасквоч кивнул, и его карие глаза выражали симпатию, когда он глянул на меня.
— Типа, в любое время, Элли-потэлли, — сказал он, одной рукой сжимая игровую консоль и хмуро косясь на дверь. — Он и правда кажется придурком, — добавил он тише. — Реально стероидный козел. Хамское гнилое х*йло. Ты можешь переехать к нам.
Я кивнула, стараясь сдержать улыбку… и кивнула ещё раз.
— Спасибо, — сказала я.
Затем, не зная, что ещё сказать, я развернулась и пошла к двери.
Я более-менее вернулась в своё тело, даже если не чувствовала себя абсолютно нормально. Я не ощущала себя так, как в кафетерии с Джоном и Врегом, где понятия не имела, где нахожусь, что делаю, и что вообще происходит. Я знала, почему я ухожу, кто я, кто стоит за дверью… Даже если я с трудом могла заставить себя почувствовать что-либо по этому поводу.