— Ничего, скоро кроме трупов своих солдат везти не будут, — оборвал спор Метный.
Позади колонны машины ехал броневик, а впереди мотоцикл с пулемётом. Капитан жестами скомандовал " Первую пропускаем, а вторую взрываем, потом броневик закидуем гранатами.
Мотоцикл промчался вперёд, как только грузовик заехал на бомбу её подорвали. Послышался громкий звук взрыва, а потом связка гранат полетела в броневик — ещё один взрыв. Мотоциклист не успел развернуться как в его тело уже всадили пару пуль. Дальше всё было по накатанной. Расстрел колонны, противник не мог предоставить никакого сопротивления, ведь огонь вели из всех сторон. После боя Андрей улыбнулся и сказал:
— Десяток машин товарищи, эх сколько станков.
— Что с ними делать будем? — спросил один из бойцов.
— Спалить к чёрту.
— И станки?
— Да, только пусть в ряд горят. И канистры с бензином заберите, оружие, пулемёт с броневика снимите, да и мотоцикл хороший, его тоже забирайте.
Густав Мун принимал душ, его ждала жена и дети дома, но извращённый немец имел двоих русских любовниц, они сейчас ему терли спину и мазали мылом. В двери кто-то стучал, майор пытался игнорировать, но стук был всё сильнее. Немец одел халат и открыл дверь:
— Чего надо?
— Господин майор, там колонну со станками расстреляли и сожгли.
— Твою мать! Что ⁉ — Майор потерял сознание.
Помощник крикнул: " Господин майор!". С ванны вышли две голые любовницы. Несмотря на испуг, помощник засмеялся. Картина была очень смешной. Лейтенант потрогал пульс майора, но тот обделался. Девушки вовсю засмеялись, как и помощник. Лейтенанту не хотелось нести грязного начальника, от почему он скомандовал любовницам:
— Одевайтесь и позовите ближайшего врача.
— Хорошо.
Через десять минут врач уже смотрел на Муна. Хорошо оглядев его он сказал:
— У него инфаркт! Быстрее, его нужно в больницу!
— Только я за голову возьмусь. Эх машину жаль.
Майор был толстым, от почему пришлось просить девушек помочь. В машине Густав вновь обмочился. Понимая сколько теперь придётся отмывать, лейтенант пустил слезу. Наивная девушка с сочувствием сказала:
— Вы, наверное, сильно расстроены болезнью начальника.
— Да, конечно, вы поможете мне утешить боль утрат?
— Да, конечно. Когда приходить? Куда? Я вам напишу на бумаге.
В больнице немец дал девушке адрес, потом пошёл к врачу:
— Ну что?
— Не знаю, удар был сильный, тело и здоровье у него не лучшее, если бы не ожирение, были бы шансы.
— Какое ожирение? Это чистый ариец! Лечи!
Взяв всякую химию лейтенант подошёл к машине, а потом подумал: " А может ну его? " Он приказал рядовому:
— Иди помой сиденья.
— Но.
— Это приказ.
Рядовой же заставил полицая, а тот простого мужика. Так и пошла молва по городу что майор Вермахта обоссался когда услышал новость про русских партизан. Лейтенант позвонил в штаб:
— Густав! Какого чёрта у тебя колонну грузовиков в пух и прах ⁈ Я понимаю две машины, но это! Ты ответишь.
— Господин полковник, майор Мун в госпитале.
— А это кто?
— Его заместитель.
— Генрих Плайм?
— Так точно.
— Твою мать, на твоего начальника напали партизаны?
— Нет, у него случился инфаркт когда он услышал новость.
— Слабак, жив будет?
— Вряд ли, даже если и будет, то работоспособность пострадает.
— Ладно, жди нового начальника.
Полковник вспомнил новости про Кристиана Фон Штора, это был идеальный кандидат.
Фон Штор как раз сидел возле камина обнимая свою дочь и рассказывая ей всякие сказки. Ему хотелось спокойствия, прошло ровно три дня. Неожиданно жена подбежала к нему:
— Тебя твой отец.
— Это срочно?
— Да, говорит что что-то со штаба.
Подполковник взял трубку:
— Слушаю.
— Ты нужен Рейху!
— Срочно?
— Да, чтобы через пару часов был в Мюнхене с вещами.
Жена быстро собрала вещи, дети смотрели на него с удивлением и плакали:
— Прошло только три дня.
— Да, но я нужен стране. Вы слышали про войну?
— Да.
— Ну от, папе нужно быть там чтобы она не пришла к вам.
Кристиан крепко обнял семью, взял необходимые вещи и сел в свой чёрный автомобиль. В штабе его встретил отец, быстро всё объяснил и под конец сказал:
— Это не моя инициатива, а руководства, лично Гиммлер всё утверждал.
— А что с бывшим начальником?
— Инфаркт.
— Грустно, ладно, опять на поезде?
— Я просил дать тебе отдохнуть, но времени нет. Ты полетишь на самолете, а дальше на машине.
— Хорошо.