— Нету кого отправлять, понимаешь?
— Не понимаю, зачем нам немецкий, тренировки, ради того чтобы быть пушечным мясом?
— Коля, ты потише говори, а то за такие разговоры…
— Плевать, всё равно нам здесь конец.
— Ты бросай такие мысли, всё будет хорошо.
— Эх, не знаю, понимаешь?
— От увидишь.
Костя проснулся в каком-то разбитом здании, рядом сидела жена:
— Аня, что произошло?
— Спас ты меня Костя, спас. Только крови много потерял, от и отключился. Осколки к счастью важных органов не задели. Через пару дней будешь ходить, а потом в эвакуацию.
— Какую эвакуацию ⁈ — вскрикнул младший Огурчин.
— Такую, в городе начались жестокие бои.
— Мне нужно к друзьям, к брату.
— Мне кажется что после такой бомбежки…
— Нет! Там было убежище, да и командир не дурак.
— Простите, вы ищите военных? — спросила молодая девушка что лежала рядом.
— Да, а ты что-то знаешь?
— Меня спас один мужчина, Паша зовут.
— Он где-то средних лет, немного картавит и с седой чёлкой?
— Да, это он. Ещё он пристрелил старушку.
— Всмысле?
— Она была ранена в голову, её бы не спасли, от он и…
— А куда он шёл?
— На вокзал.
— А где их новая база?
— Не знаю.
Тогда радостный Костя посмотрел на Аню и крикнул:
— Они живы! Живы!
Одно смущало Огурчина — где их теперь искать?
Тем временем Фридрих встретил командира пехотной дивизии Вермахта:
— Слышал про вас Генрих. Ваша слава опережает вас, особенно меня поразило ваше личное присутствие в боях.
— Благодарю вас господин полковник, что требуется от моих ребят?
— Мои танки хорошо обстреляли ближайшие дома, думаю, большая часть из личного состава уничтожена, а подкрепление врагу брать не с чего. Река всего лишь пять метров в ширину, не очень глубокая. За три часа успеете перебраться на ту сторону и создать переправу?
— Успею.
— Тогда приступайте.
Был второй час ночи, всё кроме караульных спали. Неожиданно дежурный увидел десятки лодок. Вмиг он выпустил сигнальную ракету и поднял тревогу. В соседних домах поднялась также тревога. Генрих решил наносить удар из трёх направлений, численное превосходство было за ним, также с берега наступающих поддерживало несколько танков. Поняв что противник обнаружил его части, Генрих дал приказ открыть огонь по домам обороняющихся. В ответ русские ударили артиллерией. В этот раз это не остановило немцев. Сонный Андрей дал приказ:
" Стрелять по противнику в лодках! " Послышался взрыв с верху — танк ударил по крыше. Капитан побежал на вверх. На крыше были все мертвы, кроме Максима, его откинуло взрывной волной. К нему подбежал Андрей:
— Ты цел?
— Оглушило слегка, да и от несколько осколков, — прокричал боец.
— Сражаться можешь?!
— Могу.
Максим взял винтовку, ему крикнул коммандир:
— Стреляй по тем кто вёслами работает!
— Так точно.
Сам же Метный начал стрелять по противнику из пулемета.
Немецкий командир с берега наблюдал за боем. Наблюдая за боем он заметил что многих его бойцов уничтожают русские пулемёты. Генрих взял снайперскую винтовку — навёл оружие. Вначале он убил пулемётчика с левого дома, потом прицелился на центральный. Здесь их было уже два, первого было убить очень сложно из-за хорошего укрытия, а второй на крыше — казалось был лёгкой мишенью. Снайпер перезарядил ружье и выстрелил в Метного. Андрей уклонился и с улыбкой на лице возмутился:
" Меня? Из винтовки?". После этого он открыл пальбу по горе-снайперу. К сожалению, для капитана, Генриху удалось сбежать. На берегу высадились первые немцы. Тогда Андрей спросил у Максима:
— Постреляешь из пулемета?
— Так точно!
Капитан побежал по разрушеной лестнице на четвёртый этаж, но там не было живых. Потом он спустился на лестничный проём где у окна сражался Чупчик:
— Старшина!
— Слушаю вас Михаил Иванович! — не отворачиваясь ответил Роман.
— Давай за мной!
— Слушаюсь, — повернулся к командиру старшина перезаряжая ППШ.
Вместе они бросились к выходу и взяли с собой ещё троих бойцов. Андрей понимал что необходимо провести контрудар, пока немцам не удалось крепко занять берег. Уже на стороне русских, немцев было в три раза больше чем атакующих, а ещё с реки подплывали лодки. Вражеская пехота с удивлением смотрела на пятерых бойцов Метного. По дороге к немцам пало несколько солдат. Потом начался рукопашный бой. Чупчик положил несколько противников саперной лопаткой, но вплотную был расстрелян из вражеского автомата. Старшина упал на землю, выхватил гранату и кинул в подплывающую лодку. Одного Андрея не могли остановить, но уклоняться становилось всё сложнее, спустя несколько секунд и ему в ногу прилетела пуля выпущеная из ружья. Командир упал на землю, выхватил пистолет: " Вот и всё " — подумал Метный. Неожиданно прозвучали крики " Ура!", это Николай ввёл нескольких солдат в атаку. Сзади Максим тащил пулемёт. Силы отряда были исчерпаны, от почему Генрих дал приказ отступить. Все дома устояли, но потери были огромные. Из 43 бойцов изначально обороняющих дом в живых осталось лишь двенадцать, из них половина была ранены. Ему перемотали раны и он уже на костылях был готов передвигаться. К капитану подошёл Стёпа: