Очнувшись под обломками он немного приподнял мусор и начал медленно скользить. Вернулась старая боль, тело было завалено, хотелось кушать, звуков выстрелов уже не было. В голову пришла мысль: " Сколько он уже здесь валяется? Как отсюда выбраться? "
Глава 24
Передышка
Над обломками шёл человек, Андрей крикнул:
— Помоги!
— Ты кто такой?
— Капитан Дубовый.
— Тот самый?
— Стоп, ты из РККА?
— Ну да.
— Так этот дом же немцы взяли.
— Как видишь он снова наш. Ладно, сейчас позову наших ребят, пусть помогут поднять обломки, ты только держись здесь.
Давило на тело, было неприятно, судорога пронзила тело. Вскоре семеро бойцов с верёвками и грузовиком начали подымать развалины. Привязывали несколько верёвок к тяжёлым обломкам и с помощью автомобиля и рук подымали, оттаскивали. Когда работа была окончена, Андрея вытащили. Попаданец попытался встать, но тщетно, ноги слишком сильно болели. Положив Метного в машину его повезли в медчасть. Дорога была не долгой — десять минут и бойцы прибыли на место. На носилках его занесли в порванную, ободранную кровать, где повсюду была лишь кровь и уставший пожилой доктор с двумя молодыми медсёстрами. Увидев измученного командира врач спросил:
— А этого откуда?
— Из завала. Он находился в момент взрыва первого подьезда тринадцатого дома.
— Сейчас посмотрю, смогу ли ему помочь.
— Вы постарайтесь, ведь это сам Дубовый, говорят от пуль уклоняеться.
— Что за бред? От у него два ранения, да и невозможно это, — осматривая раненого ответил доктор.
— Ну что там?
— Множественные переломы, травмы, но жить будет, только в тыл его нужно, в тыл. Здесь я помочь ему вряд-ли смогу.
Андрею выписали бумаги и отправили в тыл… Потом его перенесли в небольшой лагерь раненых бойцов. Капитан проснулся от взгляда:
— Михаил Иванович!
— Коля, ты жив? — улыбнулся Андрей.
— Да, хотя это было весьма сложно, но меня спас Макс.
— А что с ним?
— Он оставался в доме, прикрывал меня, а потом перестал и побежал в середину комнаты. Я подумал что спасаться побежал, а нет. Когда выдели немца то нашли его труп.
— Кстати, как давно я был без сознания?
— Три дня. Не знаю как так долго можно было находится под завалами.
— Я был без сознания, а когда проснулся такое желание голода…
— Ничего, через час обед, — улыбнулся разведчик.
— А как там Стёпа?
— Впорядке, его перебросили на другой участок Сталинграда.
— Как вам удалось выбить немцев?
— На следующий день подтянули резервы, сделали хорошую артподготовку и неожиданно дерзко и резко ударили. Сходу взяли четырнадцатый и тринадцатый дом.
— А с двенадцатым что?
— Сражались полтора дня, пришлось прямой наводкой разносить. Сейчас роем окопы, ибо дома почти полностью разрушены. Ладно, у меня дела, я ещё подойду.
— Постой, у меня к тебе будет просьба.
— Слушаю.
— Я знаю что Маша жива, она в лагере беженцев и сегодня будет переправляться на тот берег.
— Откуда такие познания, кто тебе такое рассказал?
— Коля, останови её.
— Тебе не кажется что на том берегу ей будет безопаснее?
— Нет, поверь, у меня есть чутье что ей угрожает опасность.
— Хорошо, я её найду и приведу к тебе.
— Спасибо.
Коля вышел из палатки и подумал: " Ну и где мне искать эту Машу? " К счастью сегодня у бойцов была передышка, но отпустят ли его хрен знает куда? " А зачем спрашивать? " — решил разведчик и незаметно покинул часть. Он понимал что за такое расстрел светит, или штрафбат — что то, что то смерть, но командира он уважал и поступить иначе не мог.
Уже как десять часов ходил боец по Сталинграду, сзади послышался крик двоих патрульных: " Стоять, кто такой?" В ответ Коля бросился бежать, его начали приследовать, он забежал в развалины, патрульные туда же. Увидев что впереди завал и деваться некуда Огурчин спрятался за углом. Когда подбежали приследователи он ударил ногой первого в колено, а второго камнем по голове. Второй отправился в отключку, а первый упал и бежать уже не мог. Николай развернулся и побежал, выбежав из дома подумал: " Чуть ли не поймали, хорошо что лица не увидели, ато за такое расстрел. Надеюсь я там никого не убил. " Перед ним стоял лагерь беженцев — впереди была огромная река. Здоровые плоты, лодки, катера Волжской флотилии эвакуировали: женщин, детей, стариков, раненых бойцов. Это был огромный поток людей и среди него разведчик начал искать Машу. Неожиданно он услышал голос сурового особиста: