— Что-то слишком далеко они зашли.
— Может маршрут перепутали?
— Да, ты прав, по ихней стратегии в начале войны они должны были наступать на Запад, а вышло что бегут на Восток, — громко засмеялся сопровождающий и взял в руки винтовку.
— Ладно, сейчас я остановлюсь, а ты разберись.
Машина остановилась военный с винтовкой вышел из машины и начал говорить по-немецки. К счастью Мироненко знал этот язык и начал говорить:
— Мы русские дезертиры, хотим служить великой Германии.
— Много вас? — Немец опустил ружьё.
— Трое.
— Офицеры?
— Старший лейтенант.
— Будешь переводчиком?
— Буду. — Мироненко махнул рукой, это означало отмену атаки.
Вражеский солдат подошёл к водителю что держал наготове пистолет:
— Это русские дезертиры. Старший лейтенант и двое сержантов.
— Пристрелить их и всё, зачем они тебе?
— К своим у них пути нет, значит будут верно служить Рейху.
— Да таких нынче сотни, а с этими придётся аккуратно работать, оно тебе надо?
— Это офицер, он знает наш язык. Отличный переводчик, в придачу военный у которого нет выхода.
— Ладно, но если что, всё повешу на тебя.
— Без проблем.
Немец проговорил новым знакомым: " Залезайте в кузов".
Артём на это всё смотрел с удивлением. Его командир нарушил собственный план, но кто его знает выпала ли бы ещё раз такая возможность. Да и только Мироненко знал немецкий. Теперь он старший прапорщик должен был продолжать дело своего командира.
Андрей сидел в шалаше, к нему подошёл заместитель. Метный повернулся и спросил:
— Что там Дим?
— Просили передать что основные ловушки что планировалось построить — готовы. Просят продолжение.
— Разберёмся. — Командир одел шляпу и пошёл проверять ловушки.
Его встретил командир отряда:
— Пройдёмте товарищ Дубовый.
— Всё готово?
— Так точно.
По дороге он заметил невысокого повара, остановил:
— Что сегодня на обед?
— Люди Мироненко ещё не вернулись.
— Так не они же занимаются таким.
— Эти кабана завалили и ягод собрали.
— Мда, триста ртов ягодами и одним кабанчиком не накормишь.
Командир позвал заместителя. К нему подбежал Дмитрий с куском мяса и начал громко плямкая говорить:
— Вызывал?
— Ешь?
— Весь день голодный.
— Найди пятерых, дай им автомат и пускай идут в деревню найдут продуктов.
— Разве этим занимается не отряд Мироненко?
— Да какого чёрта вы прицепились к этому Мироненко? Его главные задачи — сбор информации, разведка, диверсии. А продукты это уже второстепенные цели.
— Я тебя понял. Выполнять?
— Выполняй.
Солдат перелез через забор одного из дома. К нему обратился второй:
— Никита, мы что воровать будем?
— Есть другие предложения?
— Нету.
— Дождемся пока стемнеет посерьезнее и заберемся в курятник. Заберём пару десятков яиц.
— Чего так мало? Этого хватит только на нас пятерых, а остальные?
— Двадцать яиц вряд-ли заметят.
— Заметят, давай уж лучше тогда…
— Хорошо и двух кур, больше нельзя — перебил Ивана старший группы.
Когда стемнело, пятеро человек разошлись по разным участкам. Одни за молоком, другие за яйцами.
Когда Иван получал последний литр молока в коровнике, животное издало звук. Старый дед знал что это значит. Он взял топор и тихо вошёл в помещение где застал солдата с десятью литрами молока. Пожилой мужчина спросил:
— Чего воруешь?
— Я работаю. — Выхватив нож ответил вор.
— Ну-ну, успокойся. — Дед положил топор.
— Так-то лучше, я солдат РККА, больше вам ничего сказать не могу. Я не бандит, не вор. И забираю не для себя.
— Значит партизанишь?
— Партизаню.
— Тогда ещё пару килограмм принесу сала, килограмм творога, два мешка картошки.
— Остановись отец, я же столько не унесу. — Зови друзей.
Иван увидел своего командира. Тот вышел и подошёл к мужчине:
— Добрый вечер. Не сдадите нас?
— Мой сын сейчас воюет где-то. Может возле вас, не знаю. Конечно не сдам.
— Тогда будете помогать?
— Да, только не воруй, а то сдадут полицаям и всё… Я сам поговорю с нужными людьми, будем помогать.
— Спасибо, — протянув руку, улыбнувшись сказал Иван.
Следом за ним руку протянул Никита. В лагерь вернулись поздней ночью с картошкой, мясом, молоком, салом. Улыбнувшись Метный сказал:
— Давайте разведём костер, поджарим еды. Собирай ребят.
— Костёр?
— Небольшой и сверху прикрыть, чтобы дым не расходился.
— Так точно.