Старик рассказал, что много дождей тому назад в Кодову пришла неизвестная девушка и уснула после первого выпитого глотка кофе.
— И спит до сих пор? — спросил пораженный Фантазист.
— Немного похудела, и одежду мы ей меняем, а так осталась прежней.
В изголовье красавицы друзья увидели крест Герко и Воляпута. Неужели до них здесь побывал речевик? Лориан коснулся бесчувственного тела. Трепет влюбленности охватил его душу. Лицо девушки было прекрасно. Телосложением она больше походила на языческую богиню любви, нежели на незнакомку бродяжку из вечнозеленого леса. Едва заметное голубоватое сияние воздушным покрывалом колебалось над ней.
— Мальчик ей носит свежие ветки, девчонка обтирает ее мокрой тряпочкой, а я развожу кофейное благовоние. Сам не пойму, что с ней такое случилось, — как бы оправдывался Дабон, на слова которого, впрочем, никто не обращал внимания.
— У некоторых людей во сне бывает такой вид, словно они смотрят на тебя закрытыми глазами, — сказал Фантазист и, заметив растерянный взгляд Лориана, добавил: — А у нее милое лицо. Верю, обошлось без всякого колдовства.
Лориан выворотил деревянный крест, скрип которого мог разбудить любую женщину, уснувшую обычным сном. Дождинка оставалась неподвижной. Фантазист подхватил сырую крестовину и отбросил в сторону. Испуганный старик счел за лучшее убраться подальше от гробницы.
— Проведаю-ка своих жен, — молвил Фантазист, оставляя пророка наедине со спящей.
Лориан понял, что если он не предпримет каких-либо действий, то будет всю жизнь винить себя в упущенной возможности достигнуть счастья. Вспомнив встречу с Орлоглазкой, вечера на берегу Копы с Удалинкой, дорожную беседу с Рило, Лориан ощутил, что с пробуждением спящей в его жизни произойдет нечто совершенно необыкновенное, связанное, быть может, с действием каких-то неведомых ему волшебных сил. Лориан провел пальцами по длинным выпуклым ногтям спящей девушки. Дождинка не отозвалась на его прикосновение.
Обратившись к Дедо за магической помощью, Лориан произвел короткое камлание. Безуспешно! Девушка не шевелилась. Лориан перебрал в памяти все заклятия, какие только вычитал в свитках Язочи. Продолжительный сон мог наступить от заклятия колдуна или из-за болезни. Лориан терялся в догадках. Он знал, что есть люди, которые вообще не спят. Но о людях, чей сон длится долгие годы, он никогда не слышал. Сон красавицы был крепче шаманского камлания или призывов к Ондрону.
«Где Фантазист?» — подумал Лориан, прежде чем принялся читать вслух свитки, написанные лорибу-кой…
На другом конце поляны Фантазист приподнял циновку, которой всегда занавешивал вход в землянку. Рило и Никанот лежали вдвоем на подстилке. Анюлоты на месте было.
— Лориан влюбился в спящую. Новая напасть, — сказал Фантазист. — А где Анюлота?
Никанот молчала, прижавшись к длинному телу кочевницы.
— Найди Анюлоту, — сказала Рило. — Она снова пробует кодову.
Фантазист присвистнул.
Споткнувшись о короб с имуществом, он вылетел из землянки и быстро зашагал по деревне.
Среди блеклых женщин Кодовы найти жену-красавицу не составило труда. На окраине деревни Анюлота сидела под кустом в компании пьяных полян. Глиняная посуда стояла у нее между широко разведенных ног. Перемигиваясь, пьяницы слушали заунывную песню чужестранки. Волосы ее растрепались, на губах блуждала бессмысленная улыбка. Вид Анюлоты поразил Фантазиста. Скрестив руки на груди, он с осуждением смотрел на молодую жену, без спроса попробовавшую кодову.
— Выпей, чужак! — наперебой обратились к нему поляне.
Фантазист не уловил в их голосах издевки или принуждения. «Безвольные и безответственные люди», — подумал Фантазист, остывая.
Анюлота не могла поднять головы и до сих пор не заметила присутствия мужа.
Фантазист выбил у нее из рук деревянную чарку, прозрачная жидкость выплеснулась на землю, и поляне негодующе зашевелились. Один из них, помоложе, стал слизывать с земли драгоценные, по его мнению, капли. Фантазист обошел жену сзади, взял ее под мышки и попробовал рывком поднять. Захмелевшая Анюлота сопротивлялась, полагая, что так грубо с ней обращается кто-то из местных.
— Парень, убери руки! — визжала она и вырывалась.
Фантазист присел. Роскошное тело Анюлоты медленно навалилось на его плечо. Фантазист выпрямился и подбросил жену, чтобы тело легло соразмерно плечу. Не раз и не два носил он Анюлоту на себе, но сегодня тело ее казалось невероятно тяжелым.
Анюлота молотила по его спине кулачками. Перед входом в землянку ее вытошнило. Рило вышла из землянки и молча смотрела на это безобразное зрелище.
— А ты почему не досмотрела? Хочешь, чтобы я всех жен растерял? — напустился Фантазист на кочевницу.
— Я что, с ней драться буду?
Рило отвернулась. Фантазист нырнул в землянку, достал из короба веревку и отрезал от нее кусок длиной в несколько, локтей. Смотав веревку, он выбрался из зем- лянки и увидел, что Анюлота неверной походкой плетется к лесу.
— Илобисова баба! — выругался Фантазист.
Он догнал ее, схватил за руки и принялся обматывать запястья веревкой.
Анюлота вырывалась. Немного помедлив, Фантазист несколько раз легко шлепнул ее ладонью по лицу. Женщина притихла.
— Поднимай речевиков, — обратился он к Рило. — Перейдем к деревьям с белыми цветами.
Лориан прервал чтение «Свитка Белой Воды», когда Фантазист ввел в гробницу Рило и Никанот. Лориан ни о чем не расспрашивал. Сквозь слабый шум дождя были слышны плач и крики Анюлоты — это Фантазист привязывал ее к дереву.
Рило и Никанот расстелили постель у восточной стены гробницы. Речевики жались к выходу, показывая пальцами на спящую и пуская слюни от страха.
Прибежал мальчишка и сказал, что чужаков требует к себе шаман.
— Не ко времени, — отметил Фантазист.
Он привязал Анюлоту к дереву за обе руки и, не входя под каменные своды, позвал Лориана. Пророк неторопливо вышел из гробницы, остановив взгляд на Анюлоте.
Вид женщины с распущенными волосами и остекленевшими глазами поразил его, а ее бесстыдный смех заставил даже вздрогнуть. Прав ли был Фантазист, переведя отряд под стены обители спящей?
— Анюлота, как же ты могла? — спросил Фантазист.
Женщина, однако, не чувствовала себя провинившейся.
— Хватит обманывать молоденьких девчонок! Жизни из-за вас не видела!!! Дайте пожить по-человечески! Все пьют, а мне почему нельзя?!
Лориан покачал головой. Когда успела и как смогла столь быстро одна из жен Фантазиста пристраститься к хмельному напитку?
— С потерей Анюлоты придется смириться.
— Нет! Никогда! Битва не проиграна!
— Ее глазами Илобис на мир смотрит.
Фантазист поник.
— Не люди, а древесная труха.
Продолжая размышлять о спящей, Лориан с Фантазистом пошли к жилищу шамана. Сунули было головы внутрь, закашлялись от дыма и вони и отпрянули от входа. Вдруг сзади в кустах послышалось шевеление. Лориан обернулся. Из кустов, припадая на правую ногу, выбрался шаман. Приблизившись и растолкав женщин, он напустился на чужаков:
— Едва вошли в деревню, и сразу взялись пить отвар из грязных женских юбок? Неужели вам понравился мерзкий черный напиток? Посмотрите, как чиста кодова на ладони! Чистота детской слезинки.
— Да, — саркастически подтвердил Лориан, — мы слышали много детского рева в вашей деревне. Детские слезы проливаются в каждой землянке.
Шаман издал хрюкающий звук.
— Многое я о тебе слышал, пророк. — На этот раз он не приглашал в землянку. — Имена у твоих друзей странные. Дергач, Фантазист, Вернорук и Напролик. Они произошли от слов «дергать», «воображать», «верить рукам» и «ломиться напролом»? Кто устоит перед мощью человека-слова? — Хитро поглядел на молчаливого собеседника и молвил: — Разве что Черным Колдунам под силу?
Лориан вздрогнул.
— Зачем звал, Кошун? — спросил Фантазист.
Перед соседней землянкой мужчины бранились из-за неподеленного глиняного сосуда с кодовой, едва ли не наполовину расплескав его содержимое во время ссоры.
— Хоть погляжу на живого пророка, — сказал Кошун, обходя Лориана кругом. — Крепкий мужчина.
Он присел на гнилой песок и, заметив, что к его землянке подтягиваются мужчины племени, явно приободрился. Пьяницы привычно собирались в толпу слушателей.