Вы ищете в одеждах личную свободу, а находите лишь бремя и оковы.
Пусть солнце и ветер ласкают кожу, а не одеяния ваши,
Ибо солнечный свет – дыхание жизни, и ветер – рука жизни.
Иные возразят: „Кто, как не северный ветер, соткал наши одежды?“
А я вам так скажу:
„Ткацким станком у него был ваш стыд, а нитью – изнеженность ваших мышц.
С самодовольным смехом окончил он в лесу свою работу.
Помните: щит, закрывающий вас от нескромных взглядов, – это стыдливость.
Что она без них? Только путы да грязные мысли.
И не забывайте: земля радуется, когда по ней ступают босые ноги, а ветер ждет не дождется, чтобы поиграть вашими волосами“».
О купле-продаже
И купец попросил: «Скажи нам о купле-продаже».
И он ответил, говоря:
«Земля дает вам свои плоды, и не будете вы нуждаться, если вовремя соберете их руками своими. Обменивайтесь дарами земли, и будет вам изобилие и довольство.
Но если, обмениваясь, забудете о любви и справедливости, то одни сделаются алчными, а другие голодными.
Когда на рыночной площади вы, труженики моря, и полей, и виноградников, встретите ткачей, и гончаров, и собирателей пряностей,
То призовите дух самой земли; пусть он станет среди вас и установит весы, чтобы вы могли сосчитать, сколько стоит один товар супротив другого.
И не препятствуйте тому, кто пришел ни с чем и предлагает вам слова взамен товара вашего.
Этому человеку скажите:
„Пойдем с нами в поля или выйди с братьями нашими в море и забрось сети;
И будут земля и море так же щедры к тебе, как и к нам“.
И если придут к вам певцы с плясунами и флейтистами, то и от их даров не отказывайтесь.
Они тоже собиратели плодов и благовоний, и приносят они, пускай сотканные из мечтаний, одежды и пищу для души вашей.
И прежде чем покинуть рыночную площадь, убедитесь, что никто не ушел с пустыми руками.
Ибо не упокоится дух земли, оседлавший ветер, доколе последний из вас не избудет своей нужды».
О преступлении и наказании
Тогда вышел вперед один из городских судей и попросил: «Скажи нам о преступлении и наказании».
И он ответил, говоря:
«Когда ваш дух блуждает среди ветров,
Одинокие и незащищенные, причиняете вы зло друг другу, а значит, самим себе.
И за содеянное зло приходится вам стучаться и ждать, когда откроются врата блаженства.
Ваша божественная сущность – это океан,
Который не будет осквернен вовеки.
Как струи эфира, подъемлет она тех, у кого есть крылья.
Она как солнце,
Которое не ходит стезями крота и не заглядывает в змеиные норы.
Но вы – это не только ваша божественная сущность,
А еще и человек, а также недочеловек,
Этакий пигмей, блуждающий, как сомнамбула, в тумане в надежде когда-нибудь проснуться.
О человеке, который живет в вас, буду сейчас я говорить с вами.
Ибо это он, а не ваша божественная сущность и не пигмей в тумане повинен в преступлениях и несет за них наказание.
Не раз слышал я, как говорили вы о дурном человеке: „Он не из нас“, словно бы он посторонний и чужестранец.
А я вам говорю:
Как святой и праведный не может подняться выше вершины, которая есть в каждом из вас,
Так злобный и слабый не может упасть ниже заключенной в вас бездны.
И как один лист не может пожелтеть, чтобы дерево не знало об этом,
Так злодей не может совершить дурное без вашего ведома.
Вместе, большой процессией, идете вы к вашей божественной сущности.
Вы и путь, вы и путники.
И когда один из вас падает, то тем самым он говорит сзади идущим о камне преткновения.
Но он также говорит впереди идущим о том, что, быстрые и уверенные, они не убрали с дороги камень преткновения.
И вот еще слово, которое ляжет тяжестью на сердце ваше:
Убитый отвечает за свое убийство,
И ограбленный – за ограбление.
На праведном есть вина за деяния злодея,
И тот, чьи руки чисты, запачкан действиями преступника.
Истинно так: виновный бывает жертвой потерпевшего,
И еще чаще осужденный несет ношу безвинных.
Неотделим справедливый от несправедливого и праведный от неправедного,