Мне ужасно хотелось позвонить Жене, услышать дельный совет друга, который никогда бы меня не подвёл. Да простит меня Господь за все глупые и грубые мысли, что я отпускал про него. Такие друзья как Женя рождаются раз в десятилетия. Мне нельзя потерять и его, когда от меня отвернутся все, кто мне дорог.
— Ну ладно. Тогда вот ещё кое-что, — добавил Денис. — Думаю, ты должен знать. Убийства начались раньше Латунина.
На подоконник из-за пазухи его мантии полетели газеты, изрядно потрёпанные и местами порванные. Три экземпляра. Все со страшными названиями, вогнавшими в моё сердце колья вины.
«Бывшая ведущая «Радиоканала Грибоедова» выпала с двенадцатого этажа».
«Известный радиожурналист повесился в собственной квартире». Ниже чья-то приписка: «Его убили изнутри».
«Звезда «Радиоканала Грибоедова» найдена мёртвой». Март этого года! Одна из строчек гласила: «Возле тела была обнаружена написанная на полу надпись «Привет из Ада для Эстер Естедей», исходя из чего, следователи делают вывод, что своим преступлением убийца сослался на Феликса Темникова, автора серии мистических триллеров об упомянутой героине».
Совершенно я выпал из общественной жизни, раз пропустил эти вести. И помыслить не мог. А когда-то мы плотно дружили, когда я работал на станции.
А главное — я уже видел эти статьи. Я сам сочинял их для романов с Эстер. Я сам прописывал эту сцену в «Двенадцатом часу», когда детектив Оливер Норлинг вручил ей подобные газеты. И он сказал то же самое: «Убийства начались ещё раньше». И по хронологии они произошли аж во время «Зова северного ветра».
— Кто-то знатно точит на тебя зуб, Феликс. На самом деле, я вообще думаю приставить тебе охрану. Но ты не согласишься, верно? Я тебя как облупленного знаю!
О, кто бы говорил, покачал я головой.
— Меня убьют и с охраной, если понадобится, а новые жертвы мне ни к чему.
— Вот! О чём я и говорил! — воскликнул Денис. — Зато соображаешь ещё, соображаешь. А там, глядишь, доверишься мне, расскажешь обо всех подозрениях, — перешёл он на дружественный тон. — Я же помочь хочу, чтоб не сгинул ты непонятно куда.
То он угрожает тебе расправой, то всячески убеждает, что ведёт себя так ради твоего же блага. Неисправимый Денис, с годами не меняется. Но этим он и славен, он такой же яркий персонаж жизни, как и все те необыкновенные люди, с которыми сводила меня судьба.
Я улыбнулся ему с благодарностью — потому что мне не страшно, я вновь силён, потому что я ещё сражусь за честь моих близких и свой рассудок, и больше я не проиграю.
«Может быть, нам, наконец, прервать эту бесполезную беседу?»
Она очнулась. Она выступила вперёд, задев концами клетчатого шарфа. Она плавно зашла за спину Дениса, тонкими пальцами, словно бритвой, проведя по его горлу. Я притворился, что ничего не происходит. Но притворства давались мне всё хуже.
Эстер, что ты делаешь!..
— А что? — посмеялась она. — Боишься, что я убью его, как тех ублюдков из твоих романов? Не бойся, ничего я с ним не сделаю, просто припугнуть бы его, чтобы не лез тебе в голову. Он тебе мешает!
— Феликс, ты чего? — спросил Денис, почесав шею. Именно там, где коснулась она.
Но сейчас право хода за мной, Эстер, и мне решать.
— Впрочем, как всегда.
Её улыбка действовала мне на нервы, я и пытаться перестал скрывать то отвращение, с которым я провожал её взглядом до соседнего окна. И это не ускользнуло от чуткого Дениса.
— Ты опять что-то видел? — оглянувшись, он пристально всмотрелся туда, куда я смотрел, а Эстер, незримая для него, тонущая в свете из окна, отчаянно махала руками, шепча мольбы о молчании.
Как же мне это надоело.
— А давай я расскажу! — сказал я, наконец. По изменившимся лицам Дениса и Эстер я поздно понял, с каким же рвением я это выпалил. Я выкрикнул это во всё горло.
— Что именно? — спросил Денис.
— Не смей, Феликс! Прошу тебя, не делай этого!
Мысленно я заглушал её крики, но она не замолкала. Голова шла кругом от слов и эмоций, которые мне не принадлежали. Меня зашатало из стороны в сторону — Эстер боролась со мной. Я сделал шаг вперёд, она сделала шаг назад. Ещё мгновенье, и она легко заберёт меня. Не сейчас, моя милая, о нет. Я — хозяин своего тела. Я — хозяин моего мозга. Я под контролем. Всё под...
Когда же ты замолчишь!
Я схватил Дениса за руки и с силой прислонил его ладони к моим гудящим вискам. Как будто ток прошёл между ними, и Эстер тотчас исчезла, как по сигналу пульта, но её шёпот ещё шелестел меж мыслей, медленно увядая в шипении телепатического радио.