— Алина!
Она не появилась. Я не видел её, как упорно бы ни старался разглядеть её в ночи. Или это она не желала меня видеть.
Как мне жить дальше?
Я вернусь домой и запрусь отшельником в нежелании выходить на люди. Общение станет в тягость. Я начну пропадать во снах и фантазиях, которые перестану отличать от реальности. Алина никогда не придёт на мои зовы, и каждый раз, когда Денис зазвонит мне, вытаскивая из очередного сна, я буду просить его о встрече с ней, а он лишь скажет, что лишь ей решать, приходить ли ко мне, и что она обязательно придёт и без него, если ещё любит.
А потом докажут мою причастность к смерти Илоны...
А потом я окончательно сойду с ума, погрязну в пучине делирия, и не спасти меня ни за что и никому. Я перестану писать, отдавшись нашему проклятию. Галлюцинации захватят верх над разумом, и я окажусь, наконец, в годами пугавшей меня психбольнице. А там уж... либо останусь до конца дней, либо убью ещё кого-нибудь под руководством тьмы. Либо же, в конце концов, попытаюсь сбежать и всё равно кого-нибудь убью, ибо давно не творила омертвевшая душа. А дальше я затеряюсь между миров и умру нелепой смертью, а, может, и сам наложу на себя руки...
Нет. Нельзя. Так неправильно!
Этому не бывать.
Я и дальше буду биться, пока бьётся моё сердце. Женя мне не простит. Тина, тем более, не оставит в покое, а Денис покроет пятиэтажным матом, если я поддамся тоске.
И помимо Алины есть люди, которым нужен мой дар. Я продолжаю жить ради них. И мне отвечать перед ними и самим небесам за свои ошибки.
Бог свидетель, как же я заблуждался.
Прости меня, Алина...
***
Квартира Феликса оказалась незапертой. Входная дверь, ко всему прочему, была приоткрыта — воры и хулиганы, добро пожаловать.
Сколько раз Денис натыкался на это дежавю, столько же раз он его и проклинал. Он шагнул внутрь и прислушался к тишине. Пусто. Безлюдно. Что, собственно, было ожидаемо. Включив фонарик смартфона, он осветил холодную прихожую.
На что он рассчитывает? Только на немые улики.
То, что Алина сбежала невесть куда, для неё может стать отличной возможностью действовать открыто и без рамок. Денис не переставал её подозревать. Пусть она и не «Тальквист» — к тому же, на момент убийства Латунина у неё хоть и хрупкое, но алиби — но это не мешает ей быть сообщницей. Или же, во всяком случае, знать нечто больше, чем выдаёт.
Далеко не всё можно прочесть в человеке за короткий срок. Самое интересное Алина явно запрятала.
Сама напросилась. Добровольно говорить не хочет, он заставит.
В полиции попытка дотянуться до неё и что-то выяснить не обернулась успехом. Её мысли мутны, как у Феликса… Такого быть не должно, он же сканировал её вчера в форте. Что-то произошло сегодня.
Сейчас он и вовсе её не слышит. Ледяной вал прокатился под кожей, и Денис оттянул связь, согнувшись в коленях. Холодно… и больно.
В пальцах свободной руки затрепетал грязный клочок бумаги, подобранный после бегства Тины и Евгения. Вихрь снега и птиц, укрывающий от чёрных преследователей одинокую пару. Полосы чёрного и синего, растёкшиеся пятнами от талой воды. А с краю — буквы, подобные падающим молниям. «Сейчас».
Это было слишком.
Убрав смартфон, предварительно выключив на нём фонарик, Денис натянул со лба на глаза спиритические очки. Тугая резинка, опоясывающая голову, раздражала не меньше шума под черепной коробкой, но он терпел, ему не до такой ерунды.
За стёклами очков проглядывавшая меж пальцев бумага пылала редкостной аурой. Магия. Огромный выброс энергии, запертый в рисунке Евгения-Уриэля.
Пустая квартира кишила блёстками схожей силы. Подсвеченной пылью она медленно плавала в воздухе. Больше всего её было в кабинете. Остатки рваной магии приглашали внутрь, и там, Денис был уверен, ему будет, на что посмотреть.
На рабочем столе подле ноутбука лежала поцарапанная аудиокассета. Аура той же природы обволакивала её в несколько слоёв, перекатываясь волнами, стекая на столешницу и возвращаясь обратно.
Денис спрятал рисунок в карман, дабы подобрать кассету, и аура укусила его спрятанной в плёнке тьмой. Денис зашипел, стиснув зубы, и взял кассету чуть иначе. Энергия перестала кусаться, и расступившаяся под пальцами аура проявила надпись на наклейке:
«Илона Сельстрём, 20.10.2017. Передать Феликсу Т. В противном случае, отдать Денису С. или Тине К.»
— Илона… — проронил Денис. Чтобы в итоге она стояла за всем безумием, которому подвергся Феликс и его окружение?
Проигрыватель. Срочно! Надо узнать, что она записала — прямо сейчас!
Нервно дрожа, Денис чуть не выронил кассету, пока вставлял её в кармашек магнитофона. Ногти клацали по кнопкам, пока искали запуск. И вот нашли.