Мать бросило в краску. Аллилуйя! Давай же, прояви характер, как я сейчас!
— Эрнест? — обернулась она к отцу. — Это правда?
Тот, как всегда, бросился оправдываться, дабы выставить себя в лучшем виде:
— Юлия, сейчас не время…
Но не тут-то было.
— Ещё какое время! — закричала Астра и взмахнула ножом, словно жезлом.
И вновь пространство заплыло. От её ног расползлись чернильные линии, кривые, угловатые. На шкафчиках и буфете за спиной проявились следы копоти. Нож перестал сиять, облепленный золой, что как зараза исходила через кожу от её израненного сердца.
Переглядываются. Перешёптываются. И никто к ней не подходит. Никто не успокаивает, не просит сдаться, оставить мрачные затеи.
Вот, кто она для них. Чудовище. Монстр. Существо, которое нужно запереть куда подальше.
Чернь выбивалась сквозь тело, окрепшая достаточно, чтоб исчезнуть добровольно. Ухмылка растаяла, сменившись оскалом боли. При одном желании она разрушит этот дом вместе со своим телом.
Рука задрожала, с нею и осколок того, что называлось семьёй.
— Давайте мы кое-что проверим. Станете ли вы оплакивать меня, когда меня не станет? — Астра обвела взглядом три размытых силуэта. — Кто из вас осмелится подойти ко мне, кто захочет остановить меня?
Кому она нужна здесь на самом деле.
Она замахнулась ножом, ритуально вздёрнув его над головой…
— Ася! Ася, не надо! — запищал голосок.
— Феликс, назад!
Но упрямый братик прорвался к сестре и обхватил её талию.
— Не делай этого! Скажи, что не будешь, что ты так шутишь! — затормошил он её, глядя снизу вверх испуганными просящими глазами. — Ася, ну давай.
Впрочем, несмотря на страх, он оказался на удивление храбр, раз потянулся за её ножом.
Астра отбросила его прочь и обняла Феликса, зарыдав от усталости. Руки потеплели, шелестя по его яркой футболке и пушистым волосам. Нетерпимая к слезам вины, тьма отхлынула от мира и уползла в недра пустой души.
— Прости меня… Прости, я не хотела тебя обидеть… Не тебя…
Она всего лишь голодала без той любви, что всецело доставалась брату. Зависть, обида, вот её краеугольные камни. Его любили все вокруг. Её, пожалуй, почти никто. Не его самого, однако, она ненавидела за то, что неосознанно отбирал ласку.
Астра любила Феликса не меньше, чтобы позволить себе его задеть.
Она поцеловала его в лобик и убежала прочь, а её учащённые шаги быстро отбарабанили на лестнице.
Смеркалось, природа темнела под натиском ночи.
Астра пряталась в своей комнате на втором этаже. Сидя под дверью, распустив косу, она вслушивалась в наполнявшие дом звуки. Скрипы, шаги, стуки — они доносились снизу. Феликс давно в постели, а родители ходят.
То, что она сотворила, непростительно. Кухонным ножом, что она держала сегодня, она перерезала все пути существования. Тьма стучала в висках, закладывая уши, подобная той музыке, которая причиняет боль, осыпая гравием шума.
Все её ненавидят — отец, мать, целая деревня. Илона тоже стала холодна к ней. А папа, глядишь, не раз применит к ней орудия творчества.
Все ненавидят... Нет, не все. Лишь братик, слепой в неведении, любит её неизменно, такой, какая она есть.
Ей так стыдно перед малышом Феликсом, так жалко, что всё так обернулось... Ей необходимо так поступить, необходимо жизненно! Тьма захватила её сердце, она перебьёт всех, изничтожит и себя, и братика, если она останется.
Нет скрипов, шаги остыли. Дом стих. Этот треклятый дом умер на ещё одну ночь.
Пора бежать.
Астра распахнула окно и выбросила наружу конец заранее приготовленного каната, связанного из свитеров, водолазок и штанов. Второй конец был привязан к столу, что находился прямо перед подоконником. На мгновение Астру кольнул ужас — отец услышал грохот створок, он придёт за ней. Мама ничего ей не сделает, но папа запросто испепелит её стремления.
Она выглянула из окна, и порывы ветра, идущие с озера, прогнали сомнения. Время действий, оно пришло.
Без задней мысли Астра сорвалась вниз, перебравшись по самодельному тросу. Она спрыгнула прямо под окнами Феликса. Не проснулся ли он? Нет, он мирно лежал в кровати, не шелохнулся. Астра переждала лишнюю минуту, на всякий случай.
И бежать. Бежать! К берегу, по его каменистому краю, вперёд! Вдоль лесов, полей, куда подальше. Неважно, куда. Неважно, что будет дальше. Только бежать, только вперёд!
Зашаркали слипоны по утёсу, носками размётывая песок. Рубашка топорщилась поверх платья. Сломя голову Астра выбежала к озеру и ринулась дальше вдоль плещущих сумеречных вод. В их фальшивом умиротворении она слышала вой Хопеаярви, его тайный мир отзывался в ранах её души, разрывая их, растягивая шире, выплёскивая гниль. Озёрный плеск обрушивался на слух как град камней. С его холодными, северными ветрами закружилась тьма в глубине сознания — и закружилась снаружи, одной Астре видимая, словно чёрный торнадо, центром которого была она сама.