Кончик ручки засверкал подожжённой спичкой. Я вскинула её, выпятив грудь — и разразился свет, озаряющий воздушные волны, мой сумрачный мир безграничных фантазий. Ни в коем случае не пожалею души. Освещу любую тьму, любые изъяны в наших измерениях.
Я никуда не делась...
***
[Феликс]
Аномалии не исчезли. Ущерб, принесённый миру нашей магией, оказался слишком большим, чтобы грань излечилась до конца. Останься воронка незакрытой, было бы хуже. Но тут и там я слышу и читаю про странные происшествия, сюрпризы природы и людские несуразицы, которых стало заметно больше.
Я виноват перед миром. И я сделал всё, что было в моих силах... Мог бы я сделать что-либо ещё, мне неизвестно.
Отныне моя жизнь — чистый лист, предоставленный мне на растерзание. Передо мной та свобода, о которой я мечтал. А я сижу, исступлённо уставившись на этот лист, расстерянный широкой волей выбора. Моя свобода есть моя ответственность. Личная, без подмоги, без подсказок...
Астра, моя путеводная звезда.
Я всегда считал, что, порвав нашу связь, я избавлюсь от кошмаров родового проклятия и собственной участи. Пустота не отпускала меня. Грань продолжала теребить мои раны, впрыскивая голоса мертвецов и вымышленных образов. Тяжело я переносил возвращение к живым.
В итоге я предсказуемо дошёл до нервного срыва...
И Алина повезла меня к Агата Северской.
— Любопытно. Очень любопытно! — причитала Агата, пока она сканировала моё тело, ведя передо мной ладонью.
— Ну что там? — Алине нетерпелось.
Агата зажмурилась от её беспокойства.
— Тихо, тихо. Я почти нашла... — и её мерцающая ладонь закружилась у меня перед грудью.
Я наслышан, что она любит мои книги точно так же, как Тина и их мёртвая подруга, с которой Тина меня свела. А так и не скажешь. Её железному спокойствию стоит позавидовать. Признаться честно, я давно привык, что девушки на меня бурно реагируют, если я им нравлюсь из-за книг, или же они помнят меня по эфирам Радиоканала Грибоедова.
Разговариваю в мыслях с самим собой. Ответить мне на них некому.
Я скучаю по тебе, Астра...
— Что-то не так? Я надавила на него?
— Что... — я тряхнул головой, слова Агаты словно разбудили меня. — Нет, всё... всё хорошо?.. На что надавила...
— У вас в душе наблюдается огромный сгусток чужеродной энергии. Полагаю, он появился на том месте, где вы держали связь с Астрой. Но вот, что любопытно, — опять эта фраза. — Я наблюдала подобные сгустки у Тины и Уриэля, когда мы увозили их с Хопеаярви месяц назад. Полагаю, это осколки того мира, где вы и исчезли. Но у них они давно пропали, как и у меня, тот мир меня тоже зацепил, как вы знаете. А вот в вас этот осколок живёт.
Хорошо это или плохо, сразу напрашивалось в голове.
— И что это значит?
— Трудно сказать, я впервые с таким сталкиваюсь, — искренне ответила Агата. — С одной стороны, это похоже на бремя полутеней, то есть, вы буквально балансируете на грани всех миров сразу. Но с другой стороны... в вас мощь целого мира, вы сам как его носитель. У вас уникальнейшая мистическая природа! Может, если вы будете возвращаться к Хопеаярви в какие-то периоды времени, то вам станет легче, и груз сгустка не будет столь тягостным.
Звучит логично. Я бы даже сказал... правильно. Иначе и быть не может.
— Спасибо вам большое, Агата. Теперь я всё понял.
— Так это как-то... угрожает ему или нам обоим или нет? — спросила Алина.
— Вовсе нет! Опять же, если время от времени посещать Хопеаярви, то всё будет более чем в порядке! — зажмурившись, Агата заулыбалась, и засомневаться в её светлых словах мы не посмели. — Давайте вот что. Мы с Данилой сейчас приготовим вам обоим целебный чай в качестве профилактики. Посидим, поговорим, что ещё вас беспокоит.
— Надеюсь, после него будет не как после Регрессии, — хмуро заметила Алина и тотчас же состроила извиняющуюся улыбку, пожав плечами.
— Не волнуйтесь, этого больше не повторится! За Дениса я приношу свои личные извинения!
Агата, этакий белый лебедь, на носочках порхнула в коридор, однако сперва завернула не на кухню.
— Данила! Оставь в покое вещи мертвецов и присоединяйся к живым!
— Да, сейчас подойду! — раздалось из соседней комнаты.
Вдруг Агата выглядывает к нам, не заходя за порог, и хлопает пальцами по ладони, явно что-то вспоминая.
— Ах да. Феликс, ещё кое-что. В Алине и Уриэле я также нашла отголоски вашей души, если можно так выразиться. Не знаю, как вам это удалось, как вам вообще всё это удалось... но вы же понимаете, о чём я?
Я довольно улыбнулся. Разумеется.