— Зачем ты рассказываешь мне это? — смутилась я. Сколько всего он тут мне информации выдал, аж неловко стало.
— А чтобы ты знала, как я не хочу больше портить им жизнь. И тебе не советую.
— Значит, мне не идти к нему и не говорить, кто я?
— Ни в коем случае не говорить, кто ты! Это ж какой стыд мне, когда он поймёт, кто же моя условная родственница!
— Денис, — я взяла его за руку, — объясни мне своими словами, за что ты меня так не любишь? За то, что жертвовала всем, чтобы уберечь тех, кого люблю? За то, что убила тех, кого уже было не исправить? Потому что я убийца? — мои пальцы судорожно сдавили его ладонь. — Как ты не поймёшь, для чего я так поступаю? Я же хочу, как лучше. Скажи хоть, что я вчера не зря прибежала. Ритуал сработал? Ей легче?
Денис выдернул ладонь и помассировал следы моих ногтей. Молчал, стыдился меня. Стыдился того, что я поступила правильно.
— Знаешь, — он пожал плечами, — Илона утверждает, что, не будь тебя, Агата бы не выжила.
«Слава Богу! Я всё-таки забрала её смерть, — вздохнула я с облегчением и отвернула голову к стене. — А ему тошно одно лишь «спасибо» сказать».
Едва сверкнула эта хрупкая мысль, как на мою грудь поверх одеяла плюхнулось что-то очень небольшое, но тяжёлое.
— Постарайся больше не доводить себя до грани. Пожертвовать собой ты всегда успеешь.
Чокер с моим маятником... Я зажала его в руке, выждала, что Денис ещё скажет. А он встал и на выход. В дверях посмотрел на меня расстроено, выбирая фразу на временное прощание:
— Я отвезу тебя домой, как только захочешь уехать, — дёрнулся, чтобы уйти, опять остановился. — И осторожнее с писателем. Выжди время, раз рвёшься навести его, я же вижу.
И только теперь он вышел и больше не возвращался.
«Всё-таки за Агату он мне благодарен, — подумала я, застёгивая на шее спасительный чокер. — Просто вслух он никогда не признается. Эх, Денис, такой Денис...»
И пусть он услышал мои мысли. В конце концов, с тех пор, как Даня женился на Агате, и сама Агата, и Денис для меня как собственная семья, ради которых я готова на многое.
Когда же Феликс Темников впервые встретил меня, он и не догадывался, что видит мой призрак. В это время моё тело находилось дома, лёжа на полу, бездушное. А я сама, будучи душой, нашла его дом, изучала местность.
Я не хотела быть замеченной. Но он увидел меня.
Мне следовало быть более разумной. И обычные люди — не обязательно неопытные медиумы — часто путают души полутеней с простыми живыми, слишком они яркие. Вот и Темников спутал меня с обыкновенной живой девушкой. Но, раз уж состоялась наша незапланированная встреча, то имело смысл продолжать притворяться.
Однажды он чуть не коснулся меня. Я успела отдалиться, но едва не выдала себя сиянием сердца, так оно застучало.
Что сказать… Я видела его фото, да, некоторые мне присылал сам Уриэль, когда мы с ним сблизились. У Темникова у самого образ почти как у вылитого, образцового протагониста — высокий, стройный, с щетиной и густыми чёрными волосами, зачёсанными назад. Глядя на фотографии Феликса, я часто воображала его этаким байроническим героем, вечно задумчивым, пропускающим через себя все чувства мира, все его книги кричали эмоциями.
А тут он, воочию. И почти такой же, как в моём представлении. Да и Денис был прав насчёт него. Иногда и впрямь казалось, что он вроде говорит с тобой, а сам уж где-то по другую сторону — может, даже обдумывает новый роман? Уриэль говорил, что Феликс готовится к финальной части. Как там её, «Убивая мёртвое»? Прекрасное название, не прибавить, ни убавить.
Как представлю его, так по мне проходит волна адреналина. Я — и Феликс Темников. Надо же было этому произойти. И именно в этот момент жизни, когда я увлеклась его книгами! Так вовремя, так к месту, что… Господи! Меня так и тянет заскулить от этого ненормального счастья. Чувствую себя глупой двадцатилетней девчонкой.
Ах да. Я же и есть та девчонка.
Чёрт возьми, Тина, какого хрена? Он старше тебя на десять лет и даже больше!
А ещё женат. И с женой он — идеальная пара! Писатель и поэтесса. Два влюблённых творца. Разве это не прекрасно?
Такими я их видела, по крайней мере. Чтобы убедиться в этом, я… Именно. Решила проследить за ними на следующий день после встречи. Прячась в утреннем тумане, я наблюдала за Феликсом, который разговаривал вслух сам с собой. Жаль, не слышала, о чём именно.
А потом я выдала себя. Он заметил меня на улице и накричал, что я слежу за ним, что я угрожаю ему какими-то надписями… Какие надписи? Та, что под аркой — я думала, это некий чокнутый фанат, побывавший до меня.