Не могу кричать, не могу думать, не могу так жить... Прости меня.
Я закрыл глаза. Слух наполнился вязким, шипучим гулом, в то время как на красном фоне разбухли чёрные прожилки моих собственных век. Я отдался боли и беспощадному ветру.
Прости, что покидаю тебя. Прости меня, Алина...
— ...ответь мне, ответь! Не-е-ет! Феликс, пожалуйста, не умирай!
Сквозь немую тишину пробились её рыдания. Не встать мне, и век не поднять, чтобы убедиться — это не иллюзии.
— ...скорее, приезжайте! Скорее!..
Слепой и парализованный, я раскрыл рот и попытался заговорить. Слова сухие, прилипшие к языку, так и остались невысказанными.
Но когда-то я обязательно скажу их. Когда-нибудь. Пусть даже с того света. Я скажу их... Когда-нибудь...
***
Видения опутали меня сладостью сиреневого неба. Обрывки несбывшегося будущего плыли вокруг меня, оставляя следы на воображаемом поле, где слова складывались в мозаику на цветах оригами. Мысли изливались акварелью по нарисованному мною миру, и он менялся, повинуясь малейшему сигналу моих желаний.
Я не сидел за столом, стуча пальцами по планшету. Не сгибал спину и колени сквозь лёгкую боль. Я был там, посреди магических просторов, зримых лишь мне. Мне и Эстер.
В такие моменты мы всегда меняемся местами. Не Эстер стоит на моём месте, мечась в тесном мозгу. Это я в её голове, я на её месте, стою посреди цветущей бумаги из ненаписанных судеб. Она на пути к финалу. Она ждёт его. Ждёт, когда её Создатель сочинит ей достойный конец, дабы уйти на другую сторону и покоиться с миром.
…Что такое? Я вдруг вздёрнулся, выпрямив занывшую спину. Резкие звуки вспороли картину мира, и мы с Эстер вновь поменялись ролями.
О Боже, за что, за что меня вырывают в сырую действительность? И именно сейчас, когда я вернулся в тёплое русло воображения.
С большой неохотой я подобрал с края стола смартфон и ответил на звонок:
— Привет, Женя.
— Ну чё, как ты там?
Тревога никуда не делась, даже притворяясь радостным от того, что я ответил, Женя нервничал и в любой момент был готов сорваться на крик.
— Всё в порядке. Мы обосновались, нас хорошо приняли, потому тебе, наконец, можно снять с себя роль моего телохранителя.
— Да ну чего ты? Я же беспокоюсь. Как я понял, с этим Тальквистом возможно всё, вот я и хотел прочекать тебя.
— Ну вот и убедился, — сказал я, втайне желая поскорее повесить трубку. — Ой, ты меня на таком прекрасном моменте побеспокоил, теперь вся мысль улетела в никуда.
— Эм... Чего? Ты снова пишешь?
— Угу, — промычал я.
Кажется, что сначала он затаил дыхание от восторга. Потом он одумался и застрочил прямо в ухо:
— Н-но ты же говорил, что устроишь перерыв! А как же Алина? Она не в курсе, верно?
— Женя, я выбрался сюда именно для того, чтобы писать, чтобы никто не почувствовал, что мои фантазии ещё живут. Для Алины же мы просто прячемся от Тальквиста.
— Феликс, это не тема. Если в твоих теориях ты обладаешь хоть какой-то магией, ты должен дать ей знать.
— Нет, не должен, — отрезал я. — Если ты и понял меня как-то, то она у меня точно решил, что я спятил. Тем более, после того случая в прошлом году!
— Но я не хочу...
— Я знаю, что ты не хочешь. Я, может, и сам того не хочу, но! — это должно свершиться. Я должен закончить его.
— Но роман убьёт тебя! — Женя выкрикнул так, что сломался голос.
— Так тому и быть. В конечном итоге, не ради тебя или кого-то ещё я его писал.
Не этого он ждал от меня, и малая часть моего рассудка порадовалась тому, что я совершил хоть что-то, в чём я мог разочаровать его или сильно смутить.
— Роман должен быть написан. Иначе мой мир ускользнёт в никуда. История умрёт, а я сгину вместе с ней. Ты же знаешь, почему я изначально начал писать?
Потому что только так я одержу победу. Пусть в мои сны закрадутся кошмары, я воплощу их. Иначе я не одолею мою тьму, если не выпущу её из головы и не окую в плоть.
— Да, — сказал Женя. — Кажется, я начал понимать, почему.
На фоне громко заговорил женский голос, в котором я не сразу, но различил неугомонную Тину. Они вместе, значит. Отлично. Женя не останется один, в случае непредвиденного.
— Тебе привет от Тины, кстати! Мы решили вместе приглядеть за Эдгаром.
— У тебя заказов нет, что ли? — отметил я.
— Нет, пока нет! Времени куча, только трать, — слава Богу, Женя снова бодр и более-менее весел, тоска ему определённо не идёт.