В целом день в школе прошел спокойно. Исключая, конечно, один неприятный эпизод.
Произошло это в столовой, когда мы как обычно собрались компанией. Жюльетта принялась с новой силой и энтузиазмом расспрашивать Джонни о его жизни, о том, откуда он приехал, почему переехал, кто его родители, чем он любит заниматься, какая модель коммуникатора ему больше нравится и почему, есть ли у него в доме робот-уборщик. При этом, не получив утвердительного ответа, она выразила беспокойство по поводу домашней утвари в доме Джонни, ибо у нее в доме робот-уборщик порядком подпортил мебель, видимо сломался, но отец почему-то не относит его в службу технической поддержки, возможно, он просто хочет купить нового, но сколько же уже можно ждать. Так, подруга совсем упустила из виду, что ее новый знакомый так и не ответил ни на один из тех вопросом, которые она успела задать до полного погружения в повествование о себе и своей домашней обстановке. В самом начале, когда был задан первый вопрос, в одно мгновение робот порывался было рассказать о себе, поделиться своей историей – что вызывало у меня беспокойство и тревогу, мало ли он там придумал, я же это совсем не успею проконтролировать, – но он был остановлен стремительно накинувшимся на него цунами по имени Жюльетта, которое разнесло в щепки все дальнейшие порывы вставить свое слово. Надо сказать, я впервые обрадовалась такому напору со стороны своей болтливой подружки.
Крис и Сэм немного опоздали, пришли в самый эпицентр шторма, когда волной начинает задевать не только прибрежные районы, в лице меня, Джонни и Ассоль, а еще и окрестности, в лице прибывших и рассаживающихся по местам друзей. Впрочем, им пришлось довольствоваться уже обломками истории о роботе-уборщике и том, как же она огорчена поломкой важных для жизни вещей. В то время, пока я пыталась восстановить стройные ряды мыслей, покачнувшихся от наплыва ассоциаций, ко мне подсел Сэм. Так близко и так неожиданно, что ощутив прикосновение ткани к коже на плече, я вздрогнула, чуть не упав на пол вместе со стулом. А он лишь противно улыбнулся.
Весь остальной разговор я действительно пропускала мимо ушей, но совсем не потому, что не хотела слушать, а из-за того, что слышала лишь шум и шуршание крови по сосудам в голове. Я поняла, что такое близкое соседство с парнем мне неприятно. Захотелось отсесть и как раз в тот момент, когда мой порыв достиг точки своего осуществления, рука, опустившаяся на мое плечо, властно остановила этот порыв, усадив на место и прижав к боку парня. Мелкая дрожь пробежалась по телу, и, сделав круг, она собралась в области сердца, больно кольнув. Попытка сбросить чужую руку с плеча, как это было несколькими днями раньше, не увенчалась успехом. Попытка более настойчиво заявить о неудовольствии также кончилась провалом, вынуждая меня беспокоиться сверх того, что я хотела бы показывать. Краем уха я уловила, что мое дыхание участилось и со свистом вырывалось из носа.
–Не надо так делать, – сказал Джонни, материализовавшийся позади нас, после чего откинул руку Сэма с моего плеча и пересадив меня на соседний стул. Сам он сел между мной и парнем.
Сэму такая вольность со стороны новенького совсем не пришлась по вкусу. Буря разрасталась, однако меня поначалу она не волновала – я окаменела, сама не знаю почему. Лицо застыло в маске испуга, руки повисли веревками, но пальцы извивались змеями, пытаясь улизнуть куда подальше.
–Это еще почему? – повысив голос, спросил Сэм.
–Я думаю, это очевидно. Мэри не понравилось то, что ты ее обнял и прижал к своему телу.
–А что ты за нее отвечаешь? Ты ей кто вообще? Нянька?
Сэм вскочил со стула и толкнул Джонни. Последний даже не шелохнулся. Школьники вокруг, услышав, что началось что-то интересное, были заинтригованы, а поэтому затихли, наблюдая с безопасного расстояния.
Сэм был взбешен. Еще никто его не осаждал, еще никто ему не противостоял, не противился. Злость стремительно нарастала, заслоняя собой и так не слишком крепкое самообладание. И, полностью отключившись от вида уверенного в себе соперника, который позарился на его добычу и уже будто празднует победу, Сэм кинулся на новенького с кулаками.
–Я сотру эту улыбочку с твоего лица, – заорал он, намереваясь окончательно столкнуть Джонни со стула.
Благодаря быстрому анализу ситуации и просчету некоторых последующих действий, робот вовремя, почти даже неспешно, встал со стула и отошел на шаг, пропуская вперед нападающего на него школьника, который по инерции налетел на стол, не успев затормозить или сообразить, что враг ушел с траектории удара.
Озверев окончательно от такой наглости со стороны новенького, Сэм начал истошно, но как ему казалось воинственно и устрашающе вопить. С таким кличем – может быть в тем времена, когда люди были не очень развиты, в действительности так и выглядел клич, возвещающий о начале сражения, запугивающий противника – он вновь кинулся на робота.