Пожалуй, только одно полностью подражало духу моего родного города – лозунги о единстве, верности правому делу, о важности каждого человека для общего дела, о совместном развитии правительства и населения. И рабочие ощущали их действие на себе.
Обычно я не рассматриваю город так пристально, как сейчас. В те дни, когда наступает «выходной», я обычно как можно быстрее иду в магазин пополнить запасы еды, также быстро возвращаюсь в комнату, и, наспех съев полу приготовленную пищу, продолжаю заполнять документы. В другие дни, рабоче-исследовательские, день начинается быстро, на сборы и выход из комнаты 15 минут, до кабинета нашей группы еще 15 минут пешком, там – проверка оборудования, снаряжения, заправка баллонов, сдача вчерашних отчетов, загрузка оборудования в машину, отправка к особому тоннелю, ведущему наружу, несколько часов посменной работы, перерыв на обед, замена баллонов, снова несколько часов работы, укомплектовка материалов и оборудования, обратная транспортировка до филиала, где происходит детальное изучение всего того, что было найдено. Потом можно отправляться в комнату. Так вечно на ногах и в спешке прошло три года. И за это время я успела поближе познакомиться лишь с одним местом в этом городе.
Оно находится на окраине жилого района, там, где есть кусочек открытой земли. Голая, коричневая, сухая земля. Там, где здания вплотную стоят к поверхности купола, небольшой уголок, который никак не используется. Сидение здесь напоминает мне о моем любимом месте дома, где можно было отдохнуть, помечтать и насладиться видом. Отдохнуть в принципе теперь тяжело, мечтать о чем-то бесполезно, да и не хочется, а посмотреть можно лишь на песок, стоящий стеной и перемешивающийся ветром. Поэтому иногда я слушаю его. Прислоняя ухо к куполу, я слышу, как через толстый слой материала пробивается стон ветра, песок хлещет по стеклу, а вместе они образуют дыхание нашего мира, мучительное пыхтение в попытках не задохнуться. Такое не хочется слышать. Видимо поэтому в самом городе так шумно – чтобы заглушить боль умирающей земли.
Пока я в магазине расплачивалась за покупки, на коммуникатор поступил звонок от моего напарника. Он сообщил, что нужно срочно зайти в кабинет, у руководителя есть важная информация. Поэтому от магазина до филиала пришлось бежать. Что отразилось болью, но уже много позже.
***
–И почему мне надо обязательно ехать в Первый город?
–Ну как ты не понимаешь! Я же уже сказала, моя сестра, твоя тетка, сказала, что там успешно лечат от самых разных болезней. Вот она один раз съездила и вернулась абсолютно здоровой, хотя болела всю свою жизнь между прочим. И твою костную болезнь там вылечат! Все, Ассоль, собирайся!
Мама вытащила из шкафа большую сумку и кинула ее мне на кровать. Я лишь смотрела, как она суетится, словно уже куда-то опаздывает. Ходит кругами по квартире, бормочет что-то себе под нос, кидая вещи в несколько кучек на полу, на столе и на моей кровати. Несколько раз врезавшись в робота-уборщика, она накричала на него, чтобы не мешался. В еще один заход до моей комнаты, кинув очередную вещь, она приказала системе управления домом рассказать о расписании движения транспорта до Первого города. Система сказала, что раньше, чем через 3 дня, уехать нельзя – дорога занята перевозкой товаров компании и недоступна в этот день для перемещения людей, а для того, чтобы точно уехать, нужно оплатить проезд уже сейчас, так как мест осталось катастрофически мало. Оно и понятно: желающих посетить другой город и покататься по воздушной дороге много, а электропоезд всего один.
Но эта информация не была способна успокоить маму. Сказав системе, чтобы та оплатила два билета, она продолжила свой марафон по сбору вещей. А я все также стояла в углу своей комнаты и просто на все смотрела.
Не понимаю, зачем надо туда ехать. С одной стороны, посмотреть другой город, конечно, интересно, но разве у нас не на что посмотреть? Тем более ехать куда-то посередине учебы – неразумно. С другой стороны, мама говорит, что едем мы по делу – вылечить болезнь. Однако я ее даже не замечаю. Я иногда посещаю врача, терапия, что была мне прописана еще в детстве, помещена в коммуникатор и домашнюю систему, поэтому за моим состоянием она следит круглыми сутками, я принимаю лекарства, делаю специальные упражнения по смягченной программе, ухудшений нет, а сама я чувствую себя прекрасно, ничего не болит и не мешает. Зачем ехать за «выздоровлением» неизвестно куда? Аргумент, что тетя вернулась оттуда здоровой, я принять не могу. Да и как можно поверить рассказам о том, что ее вылечил человеческий целитель с помощью древних методов, которые передавались из поколения в поколения. На мой взгляд, лучше довериться роботам, чьи программы были написаны умными людьми, чем надеяться, что мифический заклинатель моментально избавить от всех недугов. Но маме же не докажешь, поэтому приму свою учесть. Хотя бы покатаюсь по воздушной дороге, Жюльетта говорит, что это захватывающе.