Он провел большим пальцем дорожку на моей щеке. После чего я уткнулась ему в грудь своим носом. Он обнял меня. Я прижалась к нему сильнее.
–Я все три года работал у твоего отца, – после нескольких минут сказал Джонни. – Обеспечивал бесперебойную доставку информации, сообщений, документов до Президента и занимался отправкой приказов до других инстанций, чтобы наладить более эффективное взаимодействие различных отделов и управлений. Ничего, чтобы могло тебя заинтересовать.
–Мне интересно все, что ты делал.
–Хорошо, – сказал он и начал свой рассказ. – Сразу после того, как тебя отправили в город номер 3, отец забрал меня к себе в офис, сделал своим помощником. Приказал поменять форму на первоначальную. Через меня проходила корреспонденция, документы, большой объем информации из всего центра, которую я анализировал и докладывал Президенту. Все сообщения, предназначавшиеся ему, доставлял я. Все решения, которые он принимал по тому или иному поводу, все указы, распоряжения я передавал в соответствующие инстанции и следил за тем, как выполняется работа. Естественно на расстоянии, здания за три года я ни разу не покинул. Через полгода после твоего отъезда…
Пока он говорил, я понимала, что этот рассказ больше похож на отчет о проделанной работе. Сама такие ни раз писала. Но мне было действительно интересно, как он жил все это время. Может быть, без некоторых особенно точных деталей, как например, сейчас он в подробностях поясняет мне устройство и механизм работы одной детали системы кислорирования, которые стали почему-то часто выходить из строя, и почему ее пришлось срочно производить в заводских масштабах. Сути это не меняет – мне интересно его слушать.
–…К нам и сейчас поступают доклады о неисправностях. Но эти вопросы теперь решаются в инстанциях ниже, в управлении по контролю над работой систем жизнеобеспечения. Через год на службу в исследовательский центр поступили 100 роботов модели JT-14. Они обеспечивали…
Если он говорит об этом, значит это важно для него, а значит, важно и для меня. Я в это верю. Если это параллельное выполнение нескольких счетных и прогностических задач, пускай. Пусть даже я ничего не понимаю.
–…проблемы на этапах строительства воздушных дорог. Были направлены дополнительные силы на обеспечение безопасности строительства воздушной дороги до города номер 4. Несмотря на то, что вовремя закончить строительство не удавалось…
Как приятно слушать его голос. Спокойный, немного монотонный. Его низкий тембр вызывает мурашки по телу. Как ровно он льется, не прерываясь на то, чтобы вдохнуть воздух, не делая длинных пауз, не перемежая течение лишними звуками. Но надо поругать его, что так без эмоционально говорит. Не так, как я учила.
–…беспокойства среди населения…
Так гипнотически действует на меня его голос.
–…вопрос доставки остается открытым. Советом управления было принято решение не восстанавливать имеющиеся подземные дороги. Некоторые дороги закрывают, некоторые начали демонтир…
Да его можно слушать бесконечно. Каждое слово, что он говорит, становится таким прекрасным. Интересно, когда я успела так вымотаться за день.
–…твой коммуникатор. Мэри?
Услышав сквозь дымку свое имя, я дернула головой, чтобы отогнать надвигавшийся сон.
–Что? – спросила и посмотрела Джонни в глаза.
–Нужно вернуть твой коммуникатор. Чтобы я мог следить за состоянием твоего организма.
–Зачем?
–Хочу знать, что с тобой все в порядке.
Я легонько толкнула его рукой.
–Подключись к этому. Дурилка.
Пока Джонни проводил какие-то известные только ему манипуляции, я решила выразить свое недовольство:
–Ты видимо кое-что забыл за это время. Например то, чему я тебя учила. Что за сухой машинный тон?
Я демонстративно нахмурилась. Не хотелось делать ему серьезный выговор. Хотелось поиграться.
Все еще держа мою руку, он ответил на это:
–Прости. Видимо я сильно отвык от общения с тобой. Президент требовал более четкого предоставления информации.
Я хотела что-то возразить, но он, приложив указательный палец к моим губам, продолжил:
–Но я ничего не забыл. Я помню все, чему ты меня учила. И вспоминал каждый день. И ставил под сомнение то, что говорят другие, если это каким-то образом противоречило тому, что говорила ты.
Дальнейшие возможные возражения с моей стороны он решил предотвратить поцелуем. Потянув мою руку на себя и положив ее к себе на плечо, он обхватил меня своей рукой, второй зарываясь в волосы. Неторопливо, волнами его губы ложились на мои, мягко, нетребовательно нажимая на каждую по очереди, обхватывая, а иногда и слегка оттягивая. Закрыв глаза, я совсем потерялась. Звуки исчезли, а из ощущений улавливалось лишь то, как Джонни водит по моей спине и то, какие мягкие у него губы. После нескольких секунд стало не хватать воздуха, тело требовало сделать глубокий вдох, но я противилась, потому что не хотелось останавливаться. Уже на пике нехватки кислорода я перехватила инициативу. Темп ускорился. Как будто надо было куда-то успеть. Успеть насладиться, насытиться. Я не понимала что делаю. Рассудок затуманился. И выходил уже не поцелуй, а терзание чужих губ. А перед самым вдохом я ощутила, как нарастает желание чего-то большего.