–Ой, прости, да, сейчас, – встрепенулся Крис и побежал к сыну, спасать его чистоту, уют и здоровье.
Крис был рад помогать жене, был рад чувствовать себя отцом, нужным, сильным главой семейства, на которого могли положиться, но это выматывало, ведь помимо дома была еще и работа, а полноценно отдохнуть дома не получалось по понятным причинам. По трем понятным причинам: дочь, сын и жена.
Пока Тимофей пытался вырваться из рук отца на волю, Крис, пытаясь с этим совладать, прокручивал у себя в голове моменты своего недавнего прошлого: как выпустился из школы, как поступил на охранника правопорядка, как Жюльетта уговорила его сыграть свадьбу, как родились дети друг за другом и как он получил работу. За маленький промежуток времени случилось столько событий, что впору было лишь удивляться, как он еще не сошел с ума. Готов ли он был ко всему? Сам для себя он ответил, что нет, он был не готов, но что с этим теперь поделаешь. Сказать по правде, он не загадывал себе будущее, хотел плыть по течению. Но в его лодке сидела Жюльетта, весла были при ней, поэтому плывут туда, куда надо.
Жюльетта как раз знала, что будет, точнее она заранее все спланировала, еще в детстве. Принц, семья, свой дом – часть ее сказки, часть ее реальности. Ее все устраивало. Она была довольна. И чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Проводя по носику дочери пальцем, она не могла сдержать улыбки и слез счастья. Казалось, что она никогда не устает. В отличие от своего мужа.
Идиллией обстановку в их семье не назовешь, всякое случается, но оба супруга считали, что справляются неплохо. Однако Крис, да и его жена, знали, что если еще чуть дольше продлиться этот темп, и отец семейства взорвется. Кто-то еще в школе проронил мысль, что мужчины, оказывается, не сильный пол, а слабый, мол женщины более устойчивые, они чаще проявляют эмоции, не сдерживаются, а потому выплескивают все ненужное и становятся вновь дееспособными. Крис отчаянно сопротивлялся этой мысли, крепился, тужился, скрипел зубами, выжимая из себя все соки какие только возможно, но начинал понимать, что возможно, это и правда. Глядя на Жюльетту, и глядя на себя в зеркало, он видел разницу. И на это было много причин, но разве может фундамент, опора семьи быть расшатанной. Как устоит этот дом?
Супруги часто разговаривали. Больше, конечно, разговаривала супруга, но она многое улавливала в поведении своего мужа и в разъяснениях не нуждалась.
–Ты очень устал. Я понимаю и не давлю на тебя. Ты мне очень помогаешь, уделяешь время детям, заботишься о них, обо мне. Еще и работаешь. А передышки совсем у тебя не было. Займись каким-нибудь хобби, удели время себе, на это время все возьму на себя.
Краткое содержание ее вечерних монологов перед сном. Затем наступала череда снохождения: сначала один родитель встанет успокоить ребенка, потом другой, сначала к одному ребенку надо подойти, потом к другому, затем все с начала, затем по кругу. Так до раннего утра. Быстрый крепкий сон перед будильником. Завтрак в невменяемом состоянии. Протереть тело холодным влажным полотенцем. Стукнуть по лицу. Одеться. Поцеловать всех перед выходом и ехать на работу. Так каждый день в течение уже не счесть какого месяца. Правда, Крис уже и не помнил, сколько месяцев живет в таком темпе. Иногда не помнил, какой сегодня день.
Может выходной? Система управления домом вроде не упоминала выходной.
А может он просто прослушал? Пока спал над тарелкой, вполне возможно.
А когда были в последние раз выходные? Вроде пару дней назад он поспал на часок подольше. Точно, был выходной. Прошел мимо.
Пока Крис ехал на лифте этаж за этажом, в голове крутилась стая мыслей, извиваясь хаотичными узорами. С каждой остановкой людей внутри становилось больше, приходилось двигаться, затем еще двигаться, затем втискиваться и, наконец, просто перестать бороться и положить голову на плечо товарища по недолговременному заточению. Приехав на свой этаж, Крис размял шею, покрутил затекшими руками и бодрым шагом направился к своему рабочему месту.
Там его ждала кипа неразобранных дел, незаполненных отчетов, выписок, вписок, заметок, наблюдений и заданий. Пусть все помешалось в планшетный компьютер, который ежесекундно пищал о срочности выполнения всех поручений, ощущение было такое, будто из этих планшетов выстроили маленький город вокруг его стола.
Голова гудела. Шум в ушах по ритму сочетался с шумом кондиционера. Переставая печатать, Крис покачивался в такт этой незатейливой музыке.
Хобби. Заняться хобби. Каким? Когда? Раньше он занимался спортом, можно сказать, это было его хобби. Хотя в школьные годы это было основное его занятие. Нельзя сказать, чтобы он себя запустил за три года, но мышцы окаменели.