–Не забывайте носить маску, – сказал Мистер Грин своему непрошенному союзнику.
Надевая маску на лицо, Сэм спросил:
–А что будет, если ее не носить?
–Ничего хорошего. Ядовитые пары нанесут непоправимый вред вашим легким, и вскоре вы перестанете дышать самостоятельно.
–Надо было раньше предупредить, – злобно проворчал Сэм и про себя добавил: – Старый засранец.
За время нахождения здесь, он уже привык к запаху жженного мяса с примесью чего-то кислого, к виду обезображенных тел, что после процесса добычи энергии становились похожи на желе, облитое голубоватой слизью, к мерзкой роже руководителя всего этого процесса. Благо вокруг столько девушек в бикини.
–Вы закатываете тела в бочки и закапываете, чтобы пары не распространялись на город?
Мистер Грин посмотрел на гостя.
–Нет, просто утилизируем, чтобы не мешались. Яд не остановить, как оказалось. Все равно что-то да проникает в атмосферу.
–Но в Первом городе плохие системы кислорирования…
–Это верно.
Сэм не стал продолжать расспрос. Он видел, какие люди попадают сюда, в каком состоянии, и сделал выводы. Когда хочешь чего-то достичь, нельзя сомневаться в том, что делаешь. Начнешь сомневаться – все рухнет прямо тебе на голову. Пожав плечами, помощник Президента решил прогуляться по заводу.
Он вновь и вновь погружался в свое воображение, где он – правитель мира, спасенного от удушения, он – герой, подаривший глоток чистого воздуха, он – повелитель природы, что умерла и воскресла под его чутким контролем. Какими яркими красками переливались эти картины блестящего завтра, дух захватывало. Еще немного и он сможет дотянуться до этого дня, полностью воплотиться в нем. Внезапная мысль вывела его из грез.
–А нельзя ли ускорить весь процесс? – спросил он, еле дыша после пробежки по заводу.
–Что вы имеете в виду? – спросил Майкл Грин, не отрываясь от расчетов.
–Нельзя ли сделать что-то, чтобы получить все и сразу? Возьмем сразу много энергии и сразу воспользуемся ею, чтобы одним шагом возродить растения. Без этапа накопления. Сразу! Скажем, мы все равно убиваем много людей, что если…
–Во-первых, мы не убиваем людей, а перерождаем их в нечто чистое, – перебил его Мистер Грин, – а во-вторых, – продолжил он и гаденько улыбнулся, – мы и так сделаем все и сразу.
Хитрые взгляды соприкоснулись. Пусть они и были временными союзниками, а по сути, они являлись друг другу прямыми врагами, сейчас между ними возникло полное взаимопонимание и синергия.
–У вас есть гениальный план? – спросил Сэм.
–Конечно. Весь город в один момент превратиться сначала в прекрасный сгусток энергии, а затем – в великолепный сад, наполненный цветами, соками, самой жизнью. Это будет истинный праздник Первого.
***
–Ты собиралась погулять, разве нет? – спросил Джонни, заходя в спальню.
Мэри лежала на спине почти не подвижно, вперившись взглядом в одну точку на потолке. Лишь грудная клетка то поднималась, то опускалась, то сильнее, то слабее, быстрее, медленнее.
–Хотела, но передумала, – сказала она и повернулась на бок в сторону робота.
–А как же грандиозные планы провести незабываемый, полный событиями день? Сегодня последний день.
Лицо Мэри недовольно скривилось.
–Не говори так, – отвернувшись на другой бок, ответила она. – Последний день, да что это вообще значит? Я не хочу так думать.
Всю неделю она пыталась заставить себя радоваться. И временами получилась, она была счастлива проводить время с Джонни, пока не начинала вспоминать, что их снова ждет расставание. Ощущение неотвратимого периодически захватывало ее мысли: накроет волной во время утренних процедур, а потом откатит, когда Джонни начинал что-то рассказывать, снова захлестнет в момент переодевания, снова отползет назад, отгоняемое совместной прогулкой. И так по кругу, и по кругу.
Все чувства смешивались, оттеняя друг друга. Радость с привкусом горечи, печаль со сладким послевкусием. Перед сном Мэри держала в голове то, что день перед самым отъездом должен быть особенным, запоминающимся, наполненным событиями, чтобы отметить знаменательность момента. Но на утро, проснувшись в раздражении и усталости, она отказалась от того, чтобы таким образом отпраздновать этот день, ведь это ужасный день.
Джонни стоял в недоумении. Он не мог понять, чем мотивировано такое поведение Мэри. Люди ведь так противоречивы.
– Объясни, пожалуйста. Я не понимаю.