***
– К выходу все готово, но не лишним будет проверить шлемы еще раз. Кислорода там нет, поэтому если что-то выйдет из строя, – капитан остановился на полуслове, подбирая слова, которые бы отразили весь спектр эмоций, испытываемых по поводу поломки оборудования во время выхода за пределы купола и человеческих последствий этой поломки, и которые бы не были нецензурной лексикой, – будет…эм, плохо. – В итоге заключил он.
–Воодушевляет, кэп, – сказал старший помощник Серж.
–Твои замечания как всегда не к месту, – указав на помощника пальцем, с улыбкой сказал капитан.
Команда рассмеялась. Каждый участник этой экспедиции испытывал непередаваемый трепет от предстоящей вылазки за пределы купола, ведь никто еще до них не исследовал пустынные места, они будут первопроходцами, от чего переживания, страхи и тревоги отодвигались далеко на третий и четвертый план. Все же некоторое напряжение присутствовало, что было понятно по тому, как команда реагировала на реплики друг друга: даже несмешные шутки вызывали дикий приступ смеха. Но в целом атмосфера стояла позитивная. Что уж и говорить, я тоже была в приподнятом расположении духа. С самой дороги и до момента расположения в пункте временной дислокации я погружена в будущее мыслями, душой, всем нутром. Неизведанное, невиданное, забытое давно притягивает меня. Это то, чего я жаждала, о чем мечтала – выйти за пределы и очутиться в другом мире.
– Ты как-то по-другому выглядишь, – обратился ко мне Костя после собрания.
–Тебе не кажется, что мы все сейчас по-другому выглядим? – ответила я, укладывая амуницию в рюкзак.
–Да, возможно. Но ты прямо по-особенному воодушевлена. Если вспомнить, какой ты уезжала из Города 3, то совсем другой человек. Живее как будто.
Забросив тяжеленный рюкзак себе за спину, почти прогнувшись назад под его весом, я посмотрела на Костю и, хихикнув, сказала:
–Живее? Ха, определенно. Разве исполнение давнишней мечты не делает тебя живее?
Костя согласно кивнул, и мы направились к машинам, которые отвезут нас к шлюзам подземного выхода.
Всю дорогу команда перешучивалась, переговаривалась, обсуждала отвлеченные житейские темы, кто-то обращал внимание на дома, что нестройными рядами стояли рядом с дорогой, кто-то видел странные вещи, но были они странными на самом деле никто из нас не знал, ведь для пришельцев из другого города все отличающееся – странно, кто-то обратил внимание на людей, что живут в Первом Городе, но при подъезде к самому куполу все разговоры прекратились, а все глаза заворожено смотрели туда, за пределы купола. Дальше. За горизонт.
Переодевание у профессионалов занимает пару минут. Все оборудование поместили в электрокары. Проверили все по списку. Капитан провел еще один инструктаж. Мы слышали его много раз, но никогда не повредит его повторить, чтобы неукоснительно следовать этим правилам, способным сохранить тебе жизнь в опасной ситуации или предотвратить наступление такой ситуации.
–В непредвиденных случаях мы связываемся с оставшимися в командном пункте, – закончил он.
Воодушевлению было место только внутри каждого из нас, потому что для такой работы мы должны быть хладнокровны, сдержаны и сосредоточены. Сев по машинам, мы ждали приказа:
–Удачи всем нам! Поехали! – вскричал капитан. Первая дверь шлюза открылась. Машины неспешно заехали внутрь. С шумом дверь закрылась, погружая нас во мрак. Дыхание участилось. Я слышала, как рядом шумно дышат мои коллеги. Послышались механические звуки – открывались затворы огромной герметичной двери. Винтик за винтиком. Шестеренка за шестеренкой. Показалась тоненькая полоска тусклого света. Через эту щелочку внутрь начал залетать подгоняемый ветром песок. Щель становилась все больше и больше, пока двери полностью не открылись.
Теперь стало видно много больше, чем секунду до этого. Горы песка, все оттенки коричневого и оранжевого, просматривающиеся в полумраке, и запотевший изнутри от теплого воздуха экран шлема. Видимость на высоком уровне. Но к этому я уже давно привыкла.
Машины спокойно выехали и направились в прямом смысле в пучину. Естественно, ехали они по заранее вбитым координатам, но от этого чувство, что ты идешь с закрытыми глазами в незнакомой комнате, не уходило. В кабину машины просачивались мелкие песчинки. Песчинки крупнее стучали в стекла. Вокруг на миллионы километров был только этот сыпучий звук. В машинах же наравне с ним и молчанием слышался шорох напряженных мыслей. До места назначения мы ехали долго, пусть и изначально казалось, что максимум минут пятнадцать. Машины иногда проседали в песке. Приходилось их выталкивать. Но в большей степени мешал дующий прямо в лоб ветер. Своей атакой он кардинально снижал скорость электрокара.