И всё же связываться с Гуляевым мне почему-то не хотелось.
— Не уверен, — ответил я. — Это слишком опасное дело. Честно говоря, я бы не хотел этим заниматься.
— А как я бы смог вас переубедить, Петр Аркадьевич? Разумеется, все имеющиеся куски реликвий мы предоставим. И вы можете рассчитывать на нашу огромнейшую благодарность. Благодарность княжеского рода многого стоит.
С появлением Птоса достижение нужной точки становилось проще. Но не думаю, что сам процесс станет легче, поскольку на месте наверняка меня будут ждать. Даже сейчас я не исключал ловушки, каким бы заинтересованным ни выглядел князь Гуляев. Может, и наваливается он на стол исключительно для того, чтобы сбить меня с мысли и заставить раскрыть свои планы.
— Федор Арсентьевич, вы бы стали рисковать собственной жизнью ради чужого княжества? — прямо спросил я.
— Петр Аркадьевич, речь же не обо мне, а о вас. Вы же, кроме собственного, освободили еще два. Два, — Он растопырил передо мной средний и указательный пальцы правой руки. Жест в таком виде больше напоминал римскую пятерку и никак не походил на двойку. — И не думаю, что Куликов вам хоть чего-то заплатил. Он лишнего никогда не платит.
— Там от моего желания или нежелания мало чего зависело, — возразил я. Не говорить же, что не восстанови я ту реликвию, уже давно умер бы в страшных мучениях. — Это фактически было вынужденным действием. И потом я считаю своей наградой супругу. Если вы запамятовали, она дочь Василия Петровича.
— Хотите сказать, какие могут быть расчеты между родственниками? — насмешливо спросил он.
Я промолчал. Надеюсь, лицо было непроницаемым, а не отражало мое отношение к семейству Куликовых.
— Ну хорошо, — не унимался он. — А чем вам заплатил голодранец Верховцев? Вы же не будете утверждать, что содрали с него несколько миллионов, как ходят слухи.
— Послушайте, Федор Арсентьевич, если вам нечего мне предложить, этот разговор бессмыслен. Я не собираюсь оставлять супругу вдовой без источника дохода, — отрезал я. — И не собираюсь ввязываться в сомнительное рискованное мероприятие, смертельно опасное, между прочим, исключительно из хорошего к вам расположения.
Гуляев оскорбленно посопел. По всей видимости, сопоставив факты по восстановлению реликвий, он и рассчитывал, что я отработаю по его княжеству исключительно из альтруистических соображений. Захотелось подойти к зеркалу и глянуть, не появилась ли там надпись «романтический прекраснодушный идиот». Иначе с чего вдруг появляются такие мысли у не знающих меня людей?
— Вы слишком меркантильны, — всё же высказался он. — В вашем возрасте можно было бы проявить и побольше уважения к более возрастному князю. Который, между прочим, был близким другом вашего деда. И вы совсем не похожи на вашего, не побоюсь этого слова, великого деда.
Да уж, истинное величие: просрать княжество, просрать семью, просрать жизнь в конце концов. И не добиться вообще ничего, только растратить дарованное предками. Необычайно талантлив в этом вопросе был мой дед.
— Я не знаю, кто был близким другом моего деда, потому что я не знал Константина Александровича. Но я искренне надеюсь, что на него не похож, потому что я, в отличие от него, всегда помню об ответственности перед своей семьей и перед своим княжеством. Перед вашим у меня никакой ответственности нет, — отрезал я. — И если вы не хотите ради своего княжества жертвовать собственной жизнью, то почему это должен делать я? Да еще и исключительно из идейных соображений? Или из уважения к памяти деда, которому на меня было настолько наплевать, что он даже по завещанию оставил мне всего лишь осколок реликвии?
Визитер меня разозлил. Поведи он себя по-другому, я бы непременно пошел ему навстречу, тем более что это и в моих интересах: освобождать княжества от зоны. Нет, я прекрасно понимаю, что у Гуляевых наблюдается недостаток денежных средств. И всё же прийти ко мне и намекать на освобождение княжества за «спасибо» — пожалуй, реальный перебор. Тот же Верховцев выдал набор кристаллов с целительскими заклинаниями для Наташи. Гуляевы вполне могли бы его дополнить, поскольку их княжество как раз и славилось высоким процентом выпадения таких кристаллов. Ни в одном другом не падало столько кристаллов с целительскими заклинаниями. Но нет, даже этого ресурса моему собеседнику жалко. Не жалко ему только «огромной княжескорй благодарности». Вот в ее размерах он готов не ограничиваться. Разумеется, если она будет выдана исключительно в словесной форме.