Я говорил вполне серьезно, поскольку подозревал, что там хватает ловушек против подобных существ. А еще не исключал, что пребывание Птоса засечет кто-то из других призрачных помощников императорской семьи. И вот они точно поймут, что Птос раньше работал с совсем другим хозяином.
— Значит, против поместья ты не возражаешь? — обрадовался Валерон. — Тогда мы туда быстренько сгоняем и проверим.
— Стоп! — стукнул я рукой по столу. — Птос Наташу привез?
— Пока она собиралась, я быстренько решил поставить тебя в известность о появившихся возможностях. Потеряем мы всего две вазы, зато сколько приобретем, — вдохновенно сказал Валерон. — А вазы так себе, уродливые. Один плюс — большие и золотые.
Похоже, на экскурсии Валерон там уже побывал и даже что-то приметил. И что самое интересное — не отделял себя от меня, а себя от Птоса, напротив, отделял, хотя и успешно использовал. Хотя там они оба знатные манипуляторы.
— Птос сказал, что там недавно обновили все спальни, — продолжал намекать Валерон. — В Камнеграде неплохо было бы тоже обновить.
— Ага, на мебель члена императорской фамилии.
— Ты думаешь, он помнит, что у него там было? Да он ни разу не видел новых комплектов. В конце концов, постельное белье мы брать не будем, а на остальном нет вензелей. Если что, скажешь, что так и было после ухода зоны, а кто туда чего натащил — мы знать не знаем. — Он принял совершенно невинный вид и склонил голову набок. Я скептически хмыкнул, тогда он сразу переключился на другие волнующие его вопросы: — Встает, конечно, вопрос: сжигать или не сжигать потом, чтобы замаскировать ограбление. Мы бы могли с двух сторон поджечь…
Он умильно посмотрел. Кажется, идея взять второго призрачного помощника оказалась не самой удачной. Сейчас как нахватаются они вредных привычек друг у друга, получится взрывчатая смесь. Хорошо еще, у Птоса нет пространственного хранилища.
— Сжигать ничего не надо.
— Красиво же горит. А урон врагу какой выйдет, — намекнул Валерон.
— Он с этого здания дохода не имеет. Нам нужно как-то перекрыть источники его финансирования.
— Для этого их надо выяснить.
— Про что я тебе и говорю. Нужно запланировать операцию по выявлению всех его контактов. Паучков у нас нынче хватает. Митя по сети с ними может общаться, если близко. Метки на всех можно поставить, хотя и старые не развеялись до сих пор.
И похоже, не развеются. А еще они получились неубираемыми — то есть снять я их не мог, сколько ни пытался. Похоже, модифицированность метки в этом и заключалась — в вечности и неубираемости. Неплохо было бы получить возможность ставить и обычные, но это либо к божку, либо выбивать где-то самостоятельно.
— Ладно, тогда мы с Птосом сначала до поместья великого князя, а потом я сгоняю за Митей и паучками, — решил Валерон.
— На всё про всё я вам часа два даю, — решил я. — Потому что дольше я в Верх-Ирети оставаться не могу, у меня слишком много дел, чтобы там просто так торчать. Я бы вернулся в Святославск сразу после разговора с отчимом.
— Ну если поджигать не разрешаешь… — вздохнул Валерон, глядя на меня с искренней надеждой. — Птосу бы тоже не помешало развлечься…
— Никаких поджогов, — резко сказал я и хлопнул ладонью по столу. — Понятно?
— Куда уж понятней.
Он вздохнул и собрался еще что-то сказать. Но позвонил отчим с сообщением, что маменька не просто согласна, а уже успела договориться о пошиве, осталось только привезти Наташу.
За этим дело тоже не стало: Птос с моей супругой появился буквально через пять минут.
Глава 8
В Верх-Иреть мы отправились сразу же, и тем же способом: сначала Птос переправил меня, потом Наташу. Чисто теоретически он мог переправить сразу двоих: одного в седле, второго в лапах. Но я не стал бы рисковать ни собой, ни, тем более, супругой. Второй же человек на спине у Птоса, может, и поместился бы, но мешал бы ему двигаться, поэтому такой вариант тоже отпадал.
Впрочем, через проколы пространства Птос перемещался практически мгновенно, и мы с Наташей практически без задержки после моего прибытия отправились в дом Беляева, а Птос с Валероном — наносить материальный ущерб нашему врагу. И заодно — прибыток нам.
Маменька уже была на взводе и при нашем появлении бросилась с пылом коршуна, голодавшего пару дней и наконец заметившего жирную жертву.
— Боже мой, дети, вы такие безответственные. Как можно было откладывать столь важное дело на самый последний момент!
— У нас не было приглашения.