— Так. Все несогласованные со мной действия являются нарушением наших договоров.
— Петь, мы же ради тебя стараемся, — удивленно тявкнул Валерон. — Ты же такой оторванный от жизни. Нам страшно за твое будущее.
— Я всё сказал!
Я рявкнул так, что вздрогнули оба, а затем переглянулись, что с учетом разницы в размерах выглядело скорее комично и напрочь сбивало меня с настроения, необходимого для выговора.
— Сразу бы сказал, что против, — проворчал Валерон. — Но ты забываешь про плюсы: всегда можешь поклясться, что ты ни при чем. Не злоумышлял, не делал, не знал. Мы же о тебе заботимся.
— И создаете дополнительные проблемы. Куда мне всё это девать?
— Тю. Мне бы такие проблемы. Тебе домик нужен будет при производстве. И контора там нужна будет.
Ага, самое то размещать ворованную мебель там, где ее может увидеть любой желающий. Разговор затягивался, и его стоило прекратить.
— Птос, у тебя есть выход где-нибудь рядом с Лабиринтом?
— Точно, нужно пообщаться с этой сволочью, а ты всё забываешь, — укоризненно сказал Валерон. — А потом делаешь виноватым меня.
— У меня есть выход у нескольких, — ответил Птос. — Всё равно какой?
— Лучше не тот, где я уже был.
— Действительно, щенки нам больше не нужны, — взгрустнул Валерон. — Симуков же сидит.
Определились мы на ближайшем Лабиринте из тех, где я еще не был, так что даже без обеда я вылетел для разговора, а то поем, подобрею, и пропадет желание высказать божественной скотине всё, что я о нем думаю. Не дело это. Божок должен получить весь набор приготовленных мной ругательств.
Валерона я оставил дома — координировать действия паучков, если вдруг возникнет такая необходимость. Правда, он уверял, что Митя и без него прекрасно справляется — мол, сети как раз хватает на полноценное общение. Но я намекнул о необходимости срочной эвакуации, и Валерон грустно остался в Камнеграде.
Открытия Лабиринта пришлось подождать, потому что если я решил обойтись без обеда, то местный служащий — нет. И то, что он с обеда даже задержался, добавило злости. Расплескивать ее на случайного человека, пусть и пренебрегающего своими обязанностями, я не стал и, заплатив деньги за проход, вскоре поворачивал по меткам, стремясь достичь нужного мне зала. Злость подгоняла, поэтому дошел я даже быстрей, но вот дальше…
Совершив всё необходимое для вызова, я обнаружил, что божок в этот раз на встречу не торопится.
Глава 12
Ожидание затянулось, но я уходить не собирался. Без встречи — во всяком случае. Я чувствовал, что божок где-то рядом и стоит мне уйти — как он набросится на энергию кристалла и сожрет. Или вынюхает — это уж смотря с какой стороны смотреть. Не может же он остаться безучастным к целому кристаллу?
Конечно, я ему и без того энергии подогнал столько, что, как сказал Валерон, он вполне мог обожраться. Но сейчас я чувствовал, что он рядом и наверняка меня слышит.
— Что ж, придется обращаться к другому богу, — громко сказал я, имитируя сожаление. — Этот показал себя полностью ни на что не способным и лживым.
— Почему это лживым? — недовольно спросил проявившийся бог.
Он пытался выглядеть величественно, но этому сильно мешал огромный фингал вокруг правого глаза. С таким выглядеть можно только жертвой. Внутренних божественных разборок, не иначе. Не понравилось кому-то, что этого накормили отборными жертвами из чужих адептов.
— Потому что я уверен: ты не появляешься здесь, чтобы не расторгать наш договор. Я его выполнил, но ты обманом вынуждаешь меня продолжать. Скажешь, не так? Почему ты не появился, когда я активировал реликвию? По всем правилам с максимально возможным числом жертв.
— Меня задержали непредвиденные обстоятельства, — поморщившись, ответил он. — Иначе я бы уже появился. Я всегда выполняю взятые на себя обещания.
Он попытался принять вид гордый и независимый, но этому очень серьезно мешал видимый фингал. Движения у божка казались скованными, а сам он выглядел чуть более перекошенным, чем в прошлую нашу встречу, что являлось косвенным указанием на то, что одним фингалом дело не обошлось.
— Сейчас тоже они задержали?
— Да, я должен был удостовериться, что нашу встречу никто не засечет. Не хотел подвергать тебя опасности.
Я невольно расхохотался.
— Не подвергать меня опасности? Да меня сразу начали преследовать адепты твоего противника. У них была четкая информация о том, кого нужно убить. Значит, ты навел их на меня раньше.
Это была чистой воды ложь, потому что первое покушение было еще на того Петю и убивали его, скорее всего, в результате предсказания от какого-нибудь скверника. Но божок этого знать не мог, глаза у него забегали — значит, точно проболтался кому-то.