Он встал, пошатнулся от накатившей слабости и подошел к двери кабинета, и резко ее открыл.
— Не думай, что тебе сойдет с рук, — бросил он, не поворачиваясь. — Виновного найдут. К моим словам прислушаются.
— Кроме слов, желательны еще доказательства, — ответил я. — Потому иначе можно было бы обвинить любого на основании простого тычка пальцем от заинтересованного лица. И я бы советовал вам десять раз подумать, прежде чем бросаться подобными обвинениями.
Он ничего не ответил, захлопнул за собой дверь и пошел на выход. Как бы мне ни хотелось обратного, пришлось опять примерять на себя маску радушного хозяина и отправиться за ним, делая вид, что полностью удовлетворен результатом разговора.
В принципе, оно так и было. Хотя Симукова, конечно, могли подержать и подольше.
Глава 16
Дамы из гостиной не разошлись, ожидали ухода великого князя. Он пронесся метеором, ничего не замечая на своем пути и ни с кем не попрощавшись. И наверняка лицо у него было взбешенным, потому что Щепкина у меня спросила:
— Разговор прошел плохо? Я никогда не видела Федора Николаевича настолько злым. Он обычно не выдает своих чувств, а сейчас не заметить было невозможно.
— Разговор прошел странно, — ответил я, понимая, что великий князь о своих подозрениях молчать не будет. Или будет и станет мне вовсю гадить. Он, правда, и без того гадит вовсю, но кто сказал, что сегодняшний разговор не подстегнет его изобретательность? — Федор Николаевич обвинил меня в смерти сына.
— Как это? — опешила Щепкина. — Его тело же нашли у Симукова? Симукову же и было предъявлено обвинение. Это общеизвестно.
Я пожал плечами.
— Я ему тоже об этом напомнил. Но он заявил, что Симуков оправдан и выпущен. Правда, на мой осторожный вопрос, какие у него доказательства моей вины, Федор Николаевич ничего не смог ответить.
— Боже мой, на него точно воздействовали! — возбужденно сказала Щепкина. — Все признаки налицо. Симуков — опасный тип, если смог незаметно такое провернуть с великим князем. Но почему Федор Николаевич обвинил вас, Петр? Вы не в ладах с Симуковым?
Интересно как я могу быть в ладах с человеком, который ворует у меня собак? И то, что я щенков передал ему сам через похитителей, ничего не меняет, поскольку он этого не знает и уверен, что только благодаря своим ухищрениям получил желаемое.
— Может, и не обвинил, — ответил я. — Откуда нам знать, почему великий князь так воспринял беседу с ним? Мне показалось, что Федора Николаевича что-то не в порядке с головой.
— Он очень переживает смерть сына, — кивнула Щепкина, как будто ей стало всё понятно. — Думаю, это временное помешательство, которое должно скоро пройти. Он поймет, что был неправ, и извинится. Великий князь всегда отличался здравомыслием. Но такая трагедия, такая трагедия… Говорили, что даже бал хотели отменить из-за траура.
— И почему не отменили?
— Петр, это же традиция, — удивилась Щепкина. — Бал решили сделать скромнее и без присутствия императорской семьи, которая в трауре. Но остальное всё будет как в прошлые годы.
— Императора не будет на балу?
— Разве что в самом начале появится, когда будет выступать с приветственной речью, — ответила Щепкина. — Это точно не отменят. Впрочем, вы увидите это сами.
Она мечтательно заулыбалась. Пропускать это событие она не собиралась, даже если компания Лёни ей не светит. Брат в столицу не вернулся. Пока он еще сидел в поместье, но планировал выдвигаться к новой границе с зоной, где собирались обосноваться мои люди. Как он сам сказал, хочет усилиться по максимуму и отработать не только использование магии, но и оружия.
— Увидим, — согласился я и вспомнил про принесенные меха. — Наташа, у меня есть для тебя подарок. Не знаю, удастся ли что-то сделать до бала… Сейчас принесу.
Показать шкуры тварей зоны я хотел при Щепкиной, потому что подозревал: наша гостья точно знает, куда с ними можно обратиться. И она мои расчеты оправдала в точности. Когда я принес контейнер и начал выкладывать на диван пушистые шкуры, Щепкина восхищенно ахнула, приложила к груди тонкие аристократические руки и сказала:
— Какая красота! Наташа, ты просто обязана что-то из этого сшить к балу. И я даже знаю где.
Она мечтательно перебирала шкуры, проводила рукой по меху, прикладывала то к себе, то к моей супруге.
— А разве мастера не загружены перед балом? — удивилась Наташа.
— Этот нет. Он берется только за интересные заказы. Я завтра тебя свожу, после обеда.