— Ольга Станиславовна, от вас я приму совет в любой форме. Вы зарекомендовали себя весьма проницательной особой, — ответил я, вызвав довольную улыбку на ее лице. — Благодарю вас за предупреждение. Мы немедленно возвращаемся домой.
— Эти балы — такое испытание, для них нужно железное здоровье, а откуда оно у нас? — вздохнула она.
Подходить к Верховцевым и сообщать о своем уходе я не стал — они люди самостоятельные, выберутся без нас. Такой вариант мы с ним обсуждали еще дома, на случай, если великому князю придет в голову обвинить меня прилюдно в убийстве сына.
В принципе, Верховцев сейчас мало рисковал. Во дворце на них никто не станет покушаться. На автомобиле стояли защитные артефакты, на самих Верховцевых они тоже были. И пусть мне за них было тревожно, но еще тревожнее было находиться рядом с великим князем, от которого я подсознательно каждую минуту ожидал провокации.
Но ее не было, великий князь вообще не перемещался, сидел в одном месте как привязанный. Даже когда мы сели в автомобиль, метка на паучке осталась там же: даже не подошел мой противник к окну глянуть на мое бегство. До дома доехали мы тоже благополучно. Улицы были пустыми и темными. А дома нас уже ожидал Птос с Валероном.
— С артефактом отловили, который к Верховцевым шел. Прям в последний момент уже с защитой колупался, дыру в безопасности под крышей нашел, — довольно тявкнул Валерон. — Допрашивать будешь?
— Конечно. Вдруг он знает, сколько таких артефактов и к кому отправили их активировать.
Но этот скверник такой информацией не обладал тоже. Разве что сказал, что много артефактов быть не может, производство длительное и дорогое. А больше ничего не сказал — клятва встала на пути излишней болтливости. Получил я с него по уровню во Вскрытии магических охранных систем, Чувстве незримого и Незаметности. Как сказал Валерон, очень жирный был скверник.
Глава 28
Лег я поздно. Сначала расспросил Митю, который связывался с остальными пауками по сети. Он подтвердил, что великий князь никуда из своих покоев не выходил, но получил несколько донесений, которые сразу же сжег, как прочитал. Он ни с кем не общался и никому не писал. Устроился в кресле с книгой и бокалом, в который подливал коньяк из пузатой бутылки. Выглядел спокойным и расслабленным. Донесения у паучка возможности прочитать не было: пока он осторожно поднимался, великий князь успел и прочитать, и сжечь. Но сам факт уничтожения говорил о важности сообщений — сжигал что-то великий князь редко, а здесь сразу два подряд. При этом ни одного подчиненного с личными докладами — не доверяет собственным стенам?
Тревожимый чем-то неуловимым, но гнетущим, я на Птосе слетал до Камнеграда, где мы покружили немного над городом, но ничего подозрительного не заметили. Валерон, которого мы тоже взяли, авторитетно заявил, что Скверной не пахнет, и потребовал за консультацию банку сгущенки — мол, энергии на такое действие уходит много, ее восполнять требуется, а ему еще паучиные посты сегодня менять. Это требование успокоило меня куда сильнее проверки — всё шло так, как обычно, и с нашим княжеством ничего не произойдет страшного, пока мы на посту. Хотя проверять на скверников стоит постоянно.
Мы вернулись домой, и Валерон, всосав выданную банку сгущенки, отправился по постам менять паучков, я же устроился в гостиной в компании Щепкиной, которой непременно хотелось дождаться Верховцевых и получить от них полный отчет по балу, раз уж с меня не получилось выбить внятный интересный рассказ.
— Мы обычно все выезжали на бал, — щебетала она, насильно пихая в меня информацию по своей семье. — Но в этом году так получилось, что и сестра, и невестка скоро должны подарить мне племянников. Им такие мероприятия противопоказаны, а с родителями я не хочу разговаривать. Я их так и не простила.
После этого она начала жаловаться, что связи с Лёней у нее теперь вовсе нет, после того как он уехал из поместья, где был телефон. Остаются только письма, но опять же с почтовой службой у меня в княжестве нынче проблемы, приходится писать на адрес поместья, а уже оттуда рассылают дальше. И это очень и очень неудобно. И долго.
Я согласился, но указал, что сделать с этим ничего не могу. Почта была общеимперской системой, и хотя я предложил на пару лет часть трат взять на себя, отделения не было даже в Камнеграде. Получил отписку — мол, и людей пока в княжестве мало, и безопасность не могу гарантировать. Сроки не были никак определены. Хоть собственную систему организовывай. Но мне пока хватает курьеров и телефонную линию в Камнеград тянут, а дальше посмотрим.