На новый ремонт и растаскивание, ушла вся ночь, а 1-я дивизия морской пехоты, ушедшая далеко вперёд, тем временем, оказалась в окружении отрезанная от основной армии и несла потери. По слухам, в ней осталось меньше сотни абрамсов и где то полторы сотни Брэдли. С остальным хозяйством, был вообще швах, обещая вскоре оставить подразделение без горючего и прочего обеспечения. Центральное командование бесновалось и требовало скорейшей разблокировки дороги. А тут ещё колонна снабженцев свернула не туда и заехала в город полный иракских войск.
Будь на то воля комдива, он бы своими руками придушил того офицера, что завёл колонну не туда. Но, к сожалению, тот был не доступен, зато, очень голосисто завывал в эфир требуя выручить остатки его подразделения, засевшего где то в городе, с трудом отбиваясь от вялых атак арабов.
По мнению генерала, идеальным было бы, прихлопни арабы этих недоумков и избавь его от необходимости выручать своих. Но, те как то странно медлили, не проявляя особого напора. Хотя, в той колонне были всего лишь снабженцы с жалким взводом пехоты на четырёх Брэдли. В районе моста, они в коротком бою, размолотили два батальона с кучей танков, а тут, что то медлили!
Но, хотя бы попытаться выручить своих, генерал не мог. Такого бы ему никогда не простили. Патовая ситуация. Пытаясь спасти снабженцев, он был уверен, выделенный отряд попадёт в засаду. Не попытаешься, тебе, потом, припомнят этот позорный сюжет в биографии.
Скрепя сердце, генерал приказал начать готовить колонну на выручку.
Глава 6
Нервозность американского Гос. Секретаря можно было понять. Но зачем же сразу было начинать с угроз?
К началу второй Американо-Иракской войны, взаимоотношения Балтийской Унии, в которую теперь входила и Белоруссия, с Америкой, окончательно испортились. Взаимные нападки, сливы компроматов друг на друга, следовали без перерыва. Правда в основном, доставалось Америке, уж больно много грязного белья у них накопилось. Нас же, критиковали в основном за развернувшуюся в России «народную» партизанскую войну с коррупционерами всех мастей и этническими мафиями. Руководство всем этим, приписывали именно Никлотингам. Мы, вяленько так отбрехивались и вываливали тонны материалов на «невинные» жертвы королевских репрессий. За что, российская общественность, в массе, только ещё больше начинала уважать династию за такие чистки. Сама то, российская официальная власть, не больно чесалась наводить порядок в своих Авгиевых конюшнях, вовсю участвуя в коррупционных схемах. Единственное что их немного тормозило и пугало, это как раз опасность попасться на прицел Фагоцитам, или Армии Немезиды. От остального, они были уверены, в массе, смогут откупиться, или получить заступничество от своих подельников в верхах.
Из за этой, теневой войны с гнилью в российской власти, наши отношения с официальными властями постоянно портились. Новые проекты начинать становилось всё труднее и труднее, да и старым, всё чаще вставлялись палки в колёса. Правда без фанатизма. Ибо последнее, было чревато посещением виновных фагоцитами.
В Америке, наши коммерческие структуры начали всё больше сталкиваться с теми же проблемами, отчего торговый оборот уже просел более чем на треть и продолжал снижаться. В Европе было почти тоже, но там, снижение было небольшим. Мы с европейцами, старались друг друга лишний раз не задирать. Разве что с Англией всё было плохо.
Но потери в Америке и в Европе, мы с лихвой компенсировали в Китае, России, Иране и прочих странах, с которыми, оборот только рос, как и наши инвестиции туда. Особенно радовал экспорт из Белоруссии, где стали массово открываться сборочные и прочие производства с прицелом последующего экспорта продукции на Восток. Таможенные тарифы то у Белоруссии всё ещё были на минимуме с Россией, с которой, она, всё ещё пребывала в статусе Союзного государства.
В России, по этому поводу, шли активные разговоры по изменению данного статуса и пересмотру таможенной политики, но на что то серьёзное, там, пока, никак не решались. Особенно, учитывая постоянные тёрки с Украиной по тарифам прокачки газа через её территорию и непрекращающегося воровства голубого топлива. Сильно портить отношения с Белоруссией, на этом фоне, пока не хотели.
Но раздражение, чересчур активной внешнеэкономической политикой Балтии на постсоветском пространстве, в Москве, постоянно росло. Мы ведь не ограничились инвестициями только в Россию и Беларусь, а активно стали продвигаться и в Среднюю Азию с Закавказьем, тесня там Москву, с её определённо беззубой и неопределённой политикой. Масштабные инвестиционные проекты, инициированные там, привели многих в Москве просто в ярость, особенно, после упоминания нами того факта, что это могли быть инвестиции в Россию, но нам там откровенно мешали.