— Насколько результативным может быть такой удар, товарищ Жуков?
— Всё зависит от задействованных в нём сил противника. По сути, поляки уже полностью вытеснили наши войска из предполья, и им останется лишь сделать короткий рывок, десять-пятнадцать километров, чтобы преодолеть первую линию обороны. Конечно, в тылу есть и вторая линия, но, как вы понимаете, товарищ Сталин, её оборонительные возможности намного слабее, чем у той, что имеет бетонные долговременные оборонительные укрепления. И если поляки введут в прорыв пять-семь дивизий, включая танковые, надолго удержаться на второй линии без привлечения резервов будет сложно.
— У Юго-Западного фронта недостаточно резервов? — удивлённо поднял брови Коба.
— Достаточно, товарищ Сталин. Проблема в том, что нам неизвестно, на каком именно угрожающем участке поляки нанесут удар. И переброска этих резервов может занять некоторое время, которое работает на атакующую сторону.
— Так нанесите упреждающий встречный удар! — разозлился Председатель ГКО. — Почему именно я должен подсказывать вам это?
Ульрих Граф, 28 мая 1941 года
Роммель оказался прав: французы накопили силы и ударили по нам. И итальянской армии, стоявшей на пороге древнего Карфагена пришлось отступать. Почти также стремительно, как она двигалась вдоль средиземноморского побережья Туниса на север.
Они воспользовались тем, что нашу танковую дивизию отвели на пополнение в тыл, и Эрвин не смог в очередной раз проявить свой талант, чтобы воспрепятствовать этому удару, поддержанному французскими и британскими танками. А итальянские пехотные части проявили недостаточную стойкость для того, чтобы отбить эти атаки. И фронт покатился на юг. Да так стремительно, что его уже не могли остановить даже наши контрудары, несколько снизившие натиск лягушатников: они уже дошли до Суса.
Как я уже упоминал ранее, британцы всерьёз взялись за морскую блокаду побережья Ливии и охоту за конвоями с военными грузами в ливийской и тунисской пустыне. Поэтому даже дивизии Роммеля с её героическими деяниями не хватает ни новой техники, ни боеприпасов, ни топлива. Никакие глубоки рейды в таких условиях невозможны. Нам просто приходится окапываться на очередном рубеже, поддерживать пехоту огнём танковых орудий и пулемётов, лишь изредка маневрируя, чтобы переместиться на новый участок, где создалось угрожающее положение. А потом снова отходить, бросая повреждённые боевые машины.
И всё это — под ударами британской и французской штурмовой авиации. Просто потому, что итальянским самолётам тоже не хватает бензина для того, чтобы надёжно защитить нас с воздуха.
Радует лишь то, что количество британских самолётов резко сократилось после начала войны с Россией. Часть их «лимонники» перебросили в Турцию и Ирак, часть в Финляндию и Польшу, а часть в Грецию. Так что здесь, в Африке, задействованы преимущественно французские авиационные части. Но для нас достаточно и того, что французов поддерживают британские, действующие с авианосцев.
По сообщениям из Италии, с «переключением» англичан на войну с Россией полегчало и противовоздушной обороне континентальной части страны. Британцам просто не хватает самолётов на всех театрах военных действий, где они их задействовали. Тем более, как сообщают новостные агентства нейтральных стран, уже в первые дни войны «лимонники» столкнулись с сильнейшим сопротивлением большевистской авиации. Как известно, врут все воюющие стороны, но, даже если разделить на два или на три рапорты русских о сбитых английских самолётах, то всё равно потери англичан впечатляющие. Русские добились того, что торпедными атаками повредили один из английских авианосцев, вошедших в Балтийское море, и он был вынужден прекратить воздушные атаки русской военной базы на полуострове Гангут и уйти для ремонта в оккупированный поляками Данциг. Из-за угрозы атак русских подводных лодок ещё два авианосца так и остались в Мраморном море, не рискнув войти в Чёрное море.
Никогда бы не подумал, что буду радоваться успехам большевиков, но это так, поскольку он воюют с поляками, уничтожившими страну, в которой я родился. Пусть полякам пока сопутствует успех на территории Латвии, где они захватили уже больше половины этой оккупированной русскими страны, но даётся им этот успех очень большой кровью. И радует то, что наибольшие потери польские войска несут в сражениях с немецкими дивизиями красных, первыми вступившими в бой с нашими поработителями. Московское радио, которое удаётся слушать нашим соотечественникам здесь, в Африке особенно подчёркивает это.