– А что за лагерь? – поинтересовался Николай Витальевич.
– Пионерский, – лаконично ответил Зураб, и было не понятно, шутит он или всерьез.
– Ну да, – скептически отозвался Андрей. – Если между тех столбов колючую проволоку натянуть, а вон там вышку поставить, то однозначно пионерский!
– Да точно говорю! – продолжал настаивать на своем проводник, не глядя на собеседников, а всматриваясь в здания, словно в поисках чего-то. – Его вроде не сдали в эксплуатацию, не успели – Москву накрыло.
– Хорошо, что не успели, – покачал головой Николай Витальевич.
– Это точно, – по-прежнему не оборачиваясь, согласился Зураб. – Варяг, давай эту хибарку проверим.
Они как раз проходили мимо второго от края лагеря корпуса. Андрей попробовал заглянуть в окно, но сквозь грязное стекло ничего не увидел. Зураб уже ждал его возле входа, присев на колено и направив автомат на закрытую дверь.
– Батя, отойди в сторону, – негромко велел Андрей, заставляя отца уйти с возможной линии огня, если изнутри вдруг начнут стрелять.
Вдвоем с проводником они приготовились проникнуть внутрь. Андрей подумал, что неплохо бы для начала бросить в помещение оглушающую гранату, а уж потом врываться, но резерв боеприпасов сейчас ограничен, поэтому, без особой надобности, лучше не тратить.
Зураб несильно толкнул дверь. Та медленно отворилась, и они заглянули внутрь, осматривая каждый свой сектор. Вытянутое помещение оказалось заставлено ржавыми панцирными койками. Ни людей, ни мутантов. Проводник сверился с устройством, висевшим на груди, и сказал:
– Чисто, заходим.
Андрей махнул отцу рукой. Когда Николай Витальевич зашел, Зураб закрыл дверь, взял стоявший рядом щиток от койки и закрепил его на скобах обнаружившихся по обе стороны от двери. Видимо, помещением пользовались и раньше.
– Варяг, надо окна тоже заделать.
Андрей кивнул, убрал автомат за спину и взялся за дело.
– Бать, посмотри, чем привязать можно?
Забаррикадировав одно окно, они приступили к другому.
Андрей прикреплял очередной щиток, приматывая его проволокой к раме, как вдруг, краем глаза, заметил движение на улице. Он сразу присел и жестами привлек внимание Зураба. Проводник вопросительно посмотрел на него. Андрей знаками показал, что приближаются несколько человек.
– Сынок, посмотри, это подойдет?.. – Николай Витальевич не видел безмолвного обмена информацией и заговорил в полный голос.
Андрей вздрогнул, а Зураб подскочил к его отцу, зажал рот рукой и заставил сесть на пол. Пенсионер испуганно заморгал, пытаясь понять, откуда грозит опасность.
– Ш-ш-ш! – проводник приложил палец к губам, отпустил Николая Витальевича и, пригнувшись, перебрался к Андрею.
Указывать направление, откуда приближались незваные гости, уже не было необходимости – звуки шагов раздались на крыльце корпуса у самого входа. Зураб тут же переместился к противоположной от двери стене, спрятался за опрокинутой тумбочкой и прижал к плечу приклад автомата. Андрей вжался в стену под окном и посмотрел на отца: Николай Витальевич затаился в дальнем углу за койками.
Человек на крыльце попробовал открыть дверь. Когда та не поддалась, он толкнул плечом. Зураб медленно снял автомат с предохранителя.
Последовал еще один удар, но укрепленная щитком дверь выдержала.
– Наверное, перекосило, – раздался снаружи мужской голос.
Окно над Андреем заслонил чей-то силуэт. Сердце бешено заколотилось. Он понимал, что сейчас их позиция крайне невыгодная: пара гранат, брошенных через окна, в одно мгновение превратят корпус в братскую могилу. Андрей изо всех сил подавлял в себе желание воспользоваться эффектом неожиданности и нанести упреждающий удар.
Он плотнее поджал ноги, затаил дыхание и поднял взгляд. Человек снаружи с полминуты вглядывался в сумрак помещения. Андрей все ждал, что сейчас незнакомец разобьет стекло и разглядит затаившегося напротив входа Зураба или присевшего за койками отца.
Но человек всего лишь поскреб грязь пальцами, а потом сказал:
– Может, перекосило, а может, аномалия подперла. Поищем другое место.
– Так мы через окно заберемся… – проявил энтузиазм тот, что пытался вломиться через дверь.