Он стоял в прихожей, покуда Орех на цыпочках обошел всю квартиру. Скорее всего в глазах Ореха он все еще выглядел эдаким всемогущим созданием, способным почувствовать атмосферу любого места, просто постояв в нем. Сейчас Марк не хотел его в этом разубеждать.
– У него был кот, – сообщил Орех. – Там кошачья миска – пустая, правда. Самого кошака нигде нет. Гуляет, видимо.
– Ладно, давай все осмотрим, – сказал Марк, проходя на кухню. – Нам все равно не удастся сделать вид, будто нас тут не было. Если здесь бывал кто-нибудь помимо покойного Жени, он сразу поймет, что тут кто-то шастал.
– Кот точно поймет. Слушай, ты бы сказал, что мы ищем.
– Любые признаки нот, – ответил Марк, удивляясь, как нелепо, но верно это прозвучало. – Носители информации. Записи, листы. И карты памяти обязательно. И снова перчатки не забудь. В особняке еще можно было отпечатки оставить. Здесь нельзя.
– Понял.
– Ищи компьютеры, если тебе это будет легче.
– Здесь только один ноутбук.
– Отлично, его и проверяй.
– А ты что будешь делать?
– Займусь бумагами, если найду, – ответил Марк.
– В наше время еще кто-то пишет на нотном стане?
– Мир велик, извращенцев много.
– Понял, молчу.
В углу комнаты, за занавеской, Марк обнаружил акустическую гитару. Его руки непроизвольно дернулись. Давно он не держал в них хорошего инструмента. Его собственная гитара, вероятно, уже давно сгнила там, где он ее оставил. В Зоне, прикопанная Сенатором у сбитого вертолета…
– Ноут включил, – сказал Орех. – Что искать?
– Исходники, наработки, файлы, редакторы, – ответил Марк. – Нам бы сутки на прочесывание, но их у нас нет.
– Так давай заберем все с собой и спокойно в другом месте прочешем.
– Так и поступим, когда я тут все осмотрю.
Десять минут спустя Марк был вынужден признать, что они не нашли вообще ничего. На компьютере не было музыки – вообще никакой. Зато в шкафу Марк обнаружил целую стопку музыкальных дисков.
– Ты глянь. Он был против пиратства, – сказал Марк. – Все диски покупал в магазинах, даже хранил ценники. Интересно, он сам зарабатывал на этом?
– Я думаю, что он зарабатывал совсем в других сферах, – сказал Орех. – Думаю, ты понял каких.
– Наверное, – ответил Марк. Он с трудом мог представить, как человек с такими вкусами был способен взять в руки оружие и идти охранять чужой ему дом с намерением убивать посторонних людей. За какие ценности он выступал? Пять лет назад Марк мог легко обнаружить общие черты характера у сталкеров и тех, кто имел к ним отношение. Теперь же ему казалось, что свихнуться на Зоне мог кто угодно. Разница между тем миром и этим исчезала чересчур быстро.
Марк пристально смотрел на клавиши синтезатора «Ямаха», словно они могли раскрыть свои секреты. Если мелодию действительно писал Женя, то где ему было комфортнее всего это делать? Уж точно не на компьютере. Как он мог в принципе нащупать звуковой код? Только храня артефакт перед собой, разумеется… Возможно, что ему дали «Альфу» на дом.
– Орех, у тебя детектор с собой? Или в машине оставил?
– С собой, конечно.
– Проверь им дом, пожалуйста. Я полагаю, Женя получил артефакт и работал с ним тут.
– Какие страшные вещи ты говоришь. – Орех исполнил просьбу. Возясь с прибором, он неуверенно рассматривал цифры на экране.
– Излучение есть, – сказал он. – Но очень слабое.
– Конечно, слабое. Если он написал мелодию, то артефакт должен быть разряжен. Он и спрятан где-то здесь.
– Тогда почему он не вернул его хозяину?
– Может, ставил опыты, как его зарядить повторно.
– Нет, твои предыдущие идеи были не настолько страшны.
Мысль, осенившая Марка, оказалась до того простой, что от досады он чуть не взвыл. Включив синтезатор, он принялся копаться в записях треков.
– Ты что делаешь? – спросил Орех.
– Музыку он явно на гитаре подбирал. Но раскладка на панели замка взята от фортепиано. Он должен был переиграть композицию на клавишных. Если это так, здесь должна сохраниться запись.
– Думаю, что ты прав, – сказал Орех более удовлетворенно, чем обычно. Марк обернулся.
Орех подбрасывал в руке артефакт. Выглядел парень так, словно вернулся на три года назад.
– Смотри, какая штука, – сказал он. – Клевая, да?