Крысята громко пищали, скребли полупрозрачными розовыми лапками и разевали беззубые рты. Зрелище было омерзительным. Вадим подхватил выпавшего из ослабших колец брата и потащил к коридору. Рахматулло помог ему, напоследок выстрелив из пистолета в Королеву. Но та уже не обращала на них внимания, сгребая свое потомство в пищащую и щевелящуюся кучу.
Снифф пришел в себя уже на ступеньках, ведущих обратно в зиндан.
– Все нормально, – прохрипел он. – Во как, из огня, да в полымя…
– Ничего, брат… – бормотал Вадим. – Выберемся. Их там не так много.
– Патронов нет. Я и автомат там оставил.
– У меня три патрона осталось, – сказал Рахматулло, показывая пистолет.
– Да уж, навоюем…
Тем не менее они вылезли обратно в камеру. «Мотоциклист» воззрился на них, словно на Иисуса, шествующего по воде.
– Не сложилось, – поведал ему Вадим. – Неприветливые там у вас в тоннелях жители… А ты давай-ка выводи нас отсюда, понял? Иначе я тебе чего-нибудь отрежу.
В качестве доказательства он показал человеку в шлеме окровавленное мачете. Тот съежился и быстро-быстро закивал.
Но никого никуда вести не пришлось. В дверь зиндана, так и оставшуюся открытой, влетел Граф и грохнулся посередине камеры в позе, совершенно неприличной для лидера группы верующих. Создатель всего сущего явно был бы недоволен таким зрелищем.
Вслед за Графом в зиндан ввалились несколько человек в камуфляже и с оружием: блондин с двумя ружьями, негр-сталкер по кличке Упырь с автоматом, усатый тип с недобрым взглядом и двое с видеокамерами, причем старшего Снифф уже явно где-то видел.
А за ними вошел известный киноактер Владимир Белов, что для капитана стало окончательным ударом. И он потерял сознание.
31
Сектанты оказались ничтожными противниками.
Основная часть сидела сейчас запертой в каком-то хозяйственном помещении, заставленном ведрами и коробками с моющими средствами. Те, что дежурили на дальних постах, кажется, удрали. А Граф, он же кандидат технических наук Котельников, сидел на полу, вытянув длинные ноги, и проповедовал.
Маску с него сняли. Под ней обнаружилось вполне среднестатистическое лицо, которое раз увидишь и не запомнишь.
– Вы не понимаете, – гундел кандидат, отчаянно жестикулируя. – Это новое понимание происходящего! Зона – это будущее планеты, и она сомнет… Все жалкие попытки сдерживания, эти периметры, войска, этот жалкий Центр Аномальных Явлений – смешны! Создатель всего сущего видит! Уверяю! Две стороны, между которыми никогда не будет примирения! Поэтому мы должны ускорить! Срок! Придет Срок, и вы увидите, что я был прав! Пока еще не поздно, перейдите на нужную сторону, и на вас возляжет благодать…
– Слушай, чува-ак, – беззлобно сказал Аспирин. – Кончай бухтеть, а то на твою рожу вот что возляжет.
И он показал кандидату наук кулак.
Тот заткнулся, гордо насупившись.
– Так что у нас с Протоном? – спросил Михайловский. – Я так понимаю, теперь нет никаких препятствий…
– Мне все это не нравится, – сказал Упырь, бродивший туда-сюда.
– Но мы должны снять!
– Ловите. – Упырь порылся в кармане и бросил Михайловскому колечко-Компас. Тот ловко поймал его на лету и принялся перебрасывать с ладони на ладонь.
– Компас?! – с любопытством поднял бровь Котельников. – Понимаю. Значит, этот ничтожный отступник все-таки вышел из Зоны и даже ухитрился передать его вам… И что вы собираетесь делать дальше?
– Я лично – отснять материал и пойти обратно, – сказал Михайловский, успевший спрятать обжигающий артефакт. – Эдуард, идем. Думаю, мы разберемся и без посторонней помощи.
– Погодите, Оскар Никитич, – остановил его Упырь. – Мы не знаем, что такое Протон. Может быть, господин Котельников нам расскажет?
– Да ради всего святого, – заулыбался Граф. – Я даже расскажу, как его искать. Вам и Компас не понадобится. Как выйдете из корпуса, сразу направо, там ангар такой серебристый, на нем кодовый замок. Наберете три четверки и двойку, двери откроются, внутри – Протон.
– Как он выглядит? Он опасен?
– Обычный носитель, – пожал плечами кандидат. – Только его коснулся своей рукой Создатель всего сущего. Теперь это часть Зоны, часть нашей стороны…
– И что будет, если мы его увидим? Прикоснемся? – настаивал Упырь.
– А я не знаю. Срок еще не наступил. Нам нужен человек, который был во всех священных местах. Мы такого человека нашли, вот он сидит, – и Граф указал на Вадима.