— Очень приятно! — улыбнулся зумер.
— А мне вот нет! — нагрубила будущая художница.
— Аня! — обратился у ней отец, — для такой воспитанный девушки, ты ведешь себя не хорошо!
— А я и не собираюсь расшаркиваться перед всякими аферистами! — буркнула дочка.
— Витя, — решительно произнес Артем Николаевич, — эта коза мне надоела. Пора поставить ее на место!
— А она мне нравится, — признался Виктор.
— Забыл о Лене, — напомнил ему отец, — мажорки все одним миром мазаны! Сейчас она у нас получит, слушай, что нужно говорить!
— Скажите, Анна, Вы так хотите, чтобы Ваш отец побыстрее умер? — поинтересовался гость, — не терпится вступить в право обладания наследством?
— Что? — Анна задохнулась от возмущения и гнева, и вскочив со стула закричала, — да как Вы смеете мне такое говорить? Вы хам и грубиян! Папа, прогони его!
— А чего Вы так нервничаете? — вкрадчиво спросил зумер, — неужели я угадал. Помните анекдот?
— Ватсон, вы педераст? — неожиданно спрашивает Шерлок Холмс доктора.
— Откуда Вы узнали, Холмс? Это дедукция? — ошарашенно ответил тот.
— Нет, Ватсон, — отвечает Холмс, — я просто спросил! — рассмеялся Виктор, — Вы же знаете, что Ваш отец обречен и он умрет. Скоро. Если не произойдет чудо! Вы против этого чуда? А кто с Вами так ждет наследство? Ваш молодой человек? Это он Вас науськивает?
— Папа! Он говорит чудовищные гадости про меня! Нет у меня никакого молодого человека! Ты так и будешь это слушать? Я сейчас сама тогда уйду! — разозлилась уже по настоящему девушка.
— Так! — властно и строго сказал хозяин дома, — Анечка, доченька, прошу тебя успокоиться. Если этот молодой человек действительно жулик и шарлатан он об этом сильно пожалеет. Но пока мы в этом не убедились, прошу тебя, держи себя в руках. Поверь мне, у меня есть веские основания считать, что он может мне реально помочь. А Вас, молодой человек, прошу воздержаться от подобных провокаций. Вижу Ваш язык, как у иезуитов.
— Мой отец был заведующий кафедрой истории в МГУ и доктором исторических наук, у меня это от него, — кивнул Виктор, — и если Ваша чудесная дочь перестанет меня задирать, я продолжу свой рассказ за который Вы заплатили миллион евро. Анна, я могу начинать?
— Я для Вас совсем не чудесная! — обиженно буркнула дочка олигарха, — сначала нахамили мне, как последний босяк, потом обвинили, черт знает с в чем, а теперь подлизываетесь!
— Если честно, то я просто хотел узнать, есть ли у Вас молодой человек! Если бы я прямо спросил, Вы бы мне не ответили! — улыбнулся юноша.
— Что? — растерялась будущая художница, — а Вам это-то зачем? А! — ехидно добавила она, — я все поняла! Папа, это охотник за богатыми невестами! И смотри, какой ушлый! Как искусно, прямо со змеиной хитростью он все придумал! Не обольщайтесь! У Вас нет никаких шансов, даже чисто теоретически, как Вы любите говорить! — гордо закончила она свою отповедь.
— Вы, очень приятная, во всех отношениях, девушка, — признался зумер, — но мое сердце навсегда разбила, такая же девушка, как и Вы! А спросил я вовсе не из матримониальных намерений. Просто эта информация крайне конфиденциальная, а молодые девушки не могут сохранять тайну от своих молодых людей.
— Разбила Вам сердце? — тут же оживилась обожающая как и всякая девушка, такие истории Анна, но потом спохватившись презрительно добавила, — И почему меня это не удивляет? Я сильно сомневаюсь, что у человека способного говорить такие гадости, как Вы, вообще есть сердце!
— Точно! Теперь у меня там гранитный камушек, — вздохнул Виктор.
— Аня, Виктор! — подал голос олигарх с большим интересом наблюдавший за их препинаниями, — прошу вас обоих прекратить перепалку. Давайте, все-таки, выслушаем эту историю.
— Хорошо, только отключите запись видеокамер наблюдения, — попросил юноша, — и начнем.
Хозяин усадьбы нажал на кнопку пульта. Разумеется, он не собирался все отключать. Отключились только камеры транслирующие изображение в комнату охраны. А вот запись с личной камеры, о которой знал только он, и которая писала все отдельный тайный сервер, он отключать не стал.
— Готово, — произнес больной.
— А как я узнаю, что Вы их отключили? — поинтересовался зумер.
— Отличный вопрос, — произнес Фролов, — сейчас узнаете.
И действительно, через несколько минут в палату вошел Генерал.
— Петр Алексеевич! Камеры наблюдения отключились! — сообщил он.