— Спасибо, Витя, — с признательностью произнесла девушка, — ты так много делаешь для меня! Даже не знаю, как тебе и благодарить!
— Не переживай, дочка, — - улыбнулся отец, — я с ним рассчитаюсь. Виктор, завтра я перечислю тебе остаток в рублевом эквиваленте.
— Спасибо, — ответил юноша, — но я Ане помогаю не из-за денег. Мне просто хочется ей помочь.
— Спасибо, Витя! — прошептала довольная девушка.
— Зато, я думаю, — рассмеялся ее отец, — твой компаньон не очень доволен тем, что ты так тратишь реактивы на благотворительность.
— Вы не правы, — обиделся за профессора зумер, — между прочим, он меня в этом поддержал! И сказал, что пока тот, кто так обидел Аню не умрет, ей не будет покоя! Он ее пометил, и теперь считает своей собственностью!
— Ничем он меня не пометил, — запротестовала Анна, и покраснев добавила, — он был в презервативе.
— А вот это очень хорошо, — обрадовался Виктор, потом спохватился двусмысленности сказанного, — в том смысле, что он тебя ничем не заразил и ты не забеременела. Но это психическая метка. И вот увидишь, он еще себя проявит. Его нужно убить!
— Правильно! — одобрил его слова олигарх, — но как это сделать, чтобы потом не вшли на нас. За себя я не боюсь, а вот за Анечку сильно. Я бы уже давно нанял бы стрелка.
— Вы так спокойно говорите об этом. Об убийстве человека, — удивилась Анна, — я пронимаю папу, он взрослый мужчина, немало повидал. Но ты, Витя!
— Он не человек! — спокойно ответил юноша, — он хуже зверя. Он людоед уже почувствовавший вкус крови и власти на беззащитной жертвой. Он не остановится сам. Его издевательства будут становиться все изощрение и извращение, так как ему будет хотеться все более острых ощущений! Таких остановить может только одно! И это смерть! И наш долг сделать это не только ради тебя, Аня. Но и ради тех, кого он еще не изнасиловал и не убил. И я не удивлюсь, если это уже могли быть и дети!
— Правильно мыслишь, Виктор! Мы обсудим это позже! Не нужно Аню травмировать такими вещами. Это мужская забота и работа! — одобрил его слова олигарх.
— Хорошо, Вам не нужно в это дело вмешиваться! Вы первый, кто будет на подозрении. Я сам все сделаю! — произнес зумер.
— Ишь какой ты быстрый, — усмехнулся отец Анны, — как там и поэта сказано, — и он процитировал наизусть:
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил,
Ты молчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.
Если немца убил твой брат,
Если немца убил сосед, —
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят.
Если немца убил твой брат, —
Это он, а не ты солдат.
Я бы добавил, это он, а не ты отец! — жестко закончил мужчина, — сделаем это вместе. Дай только мне немного времени оклематься.
— Хорошо! — кивнул зумер, — препарат все равно еще не готов. Мы убьем его так, что никто ничего не поймет!
— Вы так хотите за меня отомстить? — тихо спросила Анна.
— Конечно! — хором ответили мужчины.
— Мне, наверное, уже пора, — сказал Виктор.
— Витя, давай еще погуляем в нашем саду, — попросила девушка.
— С удовольствием! — улыбнулся ей юноша, и они вышли из палаты. Им вслед задумчиво смотрел отец девушки.
В саду они молча брели по дорожке, каждый не знал с чего начать разговор.
— Витя, — взяла инициативу в свои руки Анна, — ты обещал рассказать, как бы себя вел с девушкой, которая оказалась в такой ситуации, как я.