— Что? — не понял юноша.
— Мы должны ввести такой препарат хронолизина, чтобы он циркулируя в крови был неактивным, но постепенно освобождался и убивал негодяя! — ответил профессор.
— Это какая-то депонированная форма Хронолизина? -догадался зумер
.- Депонированная, но весь вопрос куда его депонировать! Я нашел идеальный контейнер для этого. Это эритроциты! — воскликнул изобретатель.
— Эритроциты? — удивился Виктор.
— Именно! Человеческие эритроциты внутри которых спрятан хронолизин! Внешне кровь будет выглядеть абсолютно нормально. Ни один стандартный сканер в любой клинике не заметит подвоха, ведь гормон спрятан внутри собственных клеток тела. Это способ идеально подходит для планирования идеального убийства. Эритроцит живет в среднем сто двадцать дней. Хронолизин активируется только тогда, когда эритроцит стареет и начинает разрушаться в селезенке. Жертва погибает ровно через три четыре месяца после укола, когда «часики» эритроцитов дотикают до конца!
— Но почему именно эритроциты? — уточнил юноша.
— С одной стороны, иммунная система не атакует собственные эритроциты. С другой стороны, гормон защищен от антител и ферментов-разрушителей. А с третей стороны, эритроциты заходят в каждый капилляр, в каждую ткань организма. Хронолизин гарантированно доберется до каждой клетки и запустит старение по всему телу одновременно! — горячо произнес старик.
— Но позвольте, Константин Сергеевич! — возразил будущий фармацевт, — ведь хронолизин убивает клетки, путем активации активации капсаз внутри нее! Так прочему он не убьет эритроциты, когда Вы введете их внутрь?
— Ты точно отличник? — подозрительно спросил профессор, — что за глупые вопросы ты задаешь?
— Просто я не так гениален, как Вы? — польстил тщеславному старику зумер.
— Тоже верно! — одобрительно кивнул, — Каспазы — это, как ты помнишь ферменты, которые запускают апоптоз (программируемую клеточную гибель). Когда Хронолизин активирует их, клетка буквально совершает аккуратное «самоубийство», она не взрывается (что вызвало бы жуткое воспаление), а тихо сжимается, разбирает свою ДНК на куски и поглощается соседними клетками. Ткани человека просто «тают» и дряхлеют на глазах. Но здесь кроется гениальный ход, который придумал я!
— И какой? — уточнил, посмеиваясь в душе, со всем вниманием спросил менее гениальный младший партнер.
— Вспомни неуч, что у зрелых эритроцитов человека нет ядер и большинства органелл. Они не могут совершить апоптоз так, как остальные клетки! Они погибают в селезенке, где их утилизируют, — торжественно произнес профессор, — вот как это выглядит! Эритроцит выступает как «Безопасный контейнер». Сам эритроцит неуязвим для Хронолизина. Гормону просто нечего разрушать внутри него — там нет ядра с ДНК. Эритроцит служит идеальной «бутылкой в океане». Он спокойно плывет по кровотоку, не погибая раньше времени, и несет в себе яд, который активирует каспазы в других клетках, когда выйдет наружу.
А атакует он так! Один из- механизмов такой. В биологии есть процесс, похожий на апоптоз эритроцитов — эриптоз. При старении эритроцита на его внешней мембране появляется сигнальный липид (фосфатидилсерин). Это знак для макрофагов, клеток-чистильщиков в селезенке и печени: «Съешь меня».
Когда Хронолизин внутри эритроцита активируется, он заставляет клетку выставить этот сигнал досрочно. Макрофаг «пожирает» эритроцит, Хронолизин высвобождается внутри макрофага, активирует его каспазы и убивает его. Иммунная система хозяина начинает рушиться по принципу домино.
Третий механизм. Хронолизин должен убить не только иммунные клетки, а ткани органов (сердце, мозг, кожу), для чего можно использовать физиологический триггер. Гормон постепенно истощает ионные насосы эритроцита. В определенный момент (например, при прохождении через узкие капилляры мозга или почек) эритроцит лопается от механического напряжения. Хронолизин выплескивается в межклеточное пространство, проникает в здоровые клетки органа через рецепторы, запускает каспазный каскад — и орган стремительно стареет и отказывает. Но тут есть опасность!
— Какая? — спросил заинтересованно зумер.
— Хороший судмедэксперт, если он так же гениален как я, в существовании которого я лично сомневаюсь, может догадаться о Хронолизине по странному поведению крови. При инкапсуляции Хронолизина форма эритроцитов слегка меняется. Вместо идеальных дисков под микроскопом будут видны эхиноциты (клетки с «шипами»).Для обычного врача это выглядит как легкое анемичное расстройство, но для гениального ученого — это неопровержимый след искусственной «загрузки» клеток, — вздохнул фармацевт, — но я сомневаюсь, что такие там есть!